В октябре 93-го

3 Октября 2019 RSS лента
В октябре 93-го Автор: Павел Лыткин

Фото: Wikipedia

…Начало октября 93-го было очень тяжёлым. День 1 октября оказался самым мрачным. Защитники Верховного Совета пытались прорваться к своим товарищам, заблокированным ельцинскими наймитами.

После многих дней беспощадных избиений и разгонов протестующих, мы приготовились к самому худшему. Среди сотен раненых оказались и несколько народных депутатов. 2 октября акция протеста должна была проходить в сквере у здания МИДа. Было страшно, потому что мы понимали, что высок шанс не вернуться оттуда живым. Все мы видели, как "защитники демократии" не только бьют протестующих, но и забивают их насмерть.

Но всё, же мы пришли. Кто-то развернул плакаты, несколько человек подняли флаги. Некоторые начали нестройно что-то скандировать. Их было почти не слышно за шумом проносившихся по Садовому кольцу машин. Большинство людей, измученных многодневным противостоянием, уже не могли кричать. В сквере на площади было не слишком много людей. Люди жались к стенам домов и по подворотням. На первый взгляд, наш протест был ничуть не опасен режиму. Постоят люди на холоде и сырости часа два-три и разойдутся сами. Но, как оказалось, те нас тоже боялись… И даже больше, чем мы их.

На площади остановились несколько «Икарусов». Из них вышли… Нет, не милиционеры и не солдаты внутренних войск, а какой-то сброд в разношёрстной форме, а то вообще без неё, но в бронежилетах, шлемах, с резиновыми дубинками и щитами. От Зубовского бульвара из переулков по тротуарам потянулись цепочки солдат. За ними выполз автоводомёт. Через мегафоны «неизвестные» в милицейской форме начали долдонить, что митинг запрещён и нам надо расходиться. Молодчики построились в черепаху, загремели дубинками по щитам и начали вытеснять митингующих из сквера. Мы стали медленно отступать. Те, у кого были ещё слова, начали их выкрикивать предателям. Они выталкивали нас щитами и пока изредка били дубинками крайних.

В этот момент по тротуару, в сторону Москвы-реки двинулась группа, человек двести, во главе которой шёл депутат Виктор Алкснис с перебинтованной головой и загипсованной сломанной рукой. Он пытался продолжить акцию протеста, там, где это будет возможно ещё какое-то время. Повязка у Виктора Имантовича была совсем не героическая, как на бравурных плакатах. Бинты белой шапкой прикрывали пробитую голову и были завязаны под подбородком, однако вид серьёзно покалеченного человека, продолжавшего сопротивление, вызвал общее уважение. За Алкснисом потянулись люди. Наверно ему что-то удалось бы сделать, но в этот момент произошли события, которые погнали маятник противостояния в другую сторону.

Нас выдавливали с площади в переулки хоть и предатели, но всё, же люди с головами на плечах, а вот на противоположной стороне Садового кольца сторонников Верховного Совета оттеснять были должны бойцы в пятнистом «асфальтовом» камуфляже. Про них говорили, что это сводный отряд милиции из Свердловска – новое-старое название Екатеринбург ещё толком не прижилось. Они оказались настоящими "отморозками". Вместо того, чтобы выдавливать относительно мирно настроенную массу людей «асфальтовые» принялись их озверело избивать. Толпа подалась назад, но единственный путь к отступлению преградила сборная сцена. В этот напряжённый день мэрия пытаясь изо всех сил показать, что де обстановка в городе спокойная, устроила празднование, кажется, какой-то годовщины Старого Арбата. "Ельцинисты" избивали людей, и им пришлось защищаться. На глазах сотен людей «асфальтовые» догнали одноного инвалида. Он не смог от них ускакать на своих костылях. Его сбили с единственной ноги и зверски забили дубинками и ногами насмерть. Прилюдно, среди бела дня, уже никого не стесняясь…

Тут что-то случилось с людьми. Страх, сжимавший души много дней превысил все границы и вдруг исчез. Запуганная избиваемая толпа исчезла вместе со страхом, и через несколько секунд перед бандой молодчиков предстало ревущее от гнева ополчение. Никто не давал никаких команд, никто не имел никакого предварительного плана. Но сотни людей бросились разбирать сцену и ринулись на ельциноидов с трубчатыми стальными фрагментами, ломами. Другие осыпали вурдалаков теми же фрагментами сцены. Она оказалась не только сборной, но и разборной…

Однако беды у "ельцинистов" только начались. На противоположной стороне Садового кольца тысячи людей видели происходящее. Демонстранты ринулись с края сквера прочь, едва лом зазвенел по асфальту. Часть из них рванула в эпицентр побоища – на подмогу. Кто-то направился в направлении стройки. Уродливого Торгового центра там тогда ещё не было. Вместо него были забор, пустырь, стройплощадка со всякими разностями. Вооруженные молодчики в сквере тоже долго не стояли истуканами и двинулись в отступление. Одно дело бить кого-то, другое получать увесистыми железяками в ответ. 

Кто-то из наших разбирал забор. В считанные минуты на его месте появились баррикады. Садовое кольцо перекрыли конструкции из арматуры, строительного хлама, гофрированные листы и дерево из забора. Едва баррикада появилась, как её тут же начали укреплять сварочными агрегатами, насосами и прочим строительным хламом. Крупные камни использовались для строительства баррикад, а те, что по мельче, дождём сыпались на противника. "Ельцинисты" поначалу построились в слабенькую черепаху и пошли было в атаку на баррикаду, но куда там. Поток камней, бесперебойно поступавших со стройплощадки, их сносил.

Надо было что-то делать с нами. Движение на Садовом кольце перекрыто. Обычная жизнь Москвы прервалась. Нужно было срочно прорвать баррикаду и разогнать протестующих. И против нас двинули автоводомёт. Мы познакомились с ним ещё в мае 1993-го. Тогда это чудище выкатилось из-за баррикады грузовиков, сметало твёрдой струёй воды всё на своём пути, и останавливалось только, когда кончалась вода в цистерне. Второго октября автоводомёт, заревев двигателем, попёр на баррикаду, а за ним, пугливо прячась под щитами засеменила черепаха вурдалаков. Казалось бы проблема с митингующими решена, но "ельцинистов" ждал ещё один облом – дизель надсадно выл, струя воды успешно сметала защитников баррикады, под неё попадавших, но врезавшись в баррикаду, водомёт застрял. Поток камней загнал ствольщика обратно в кабину, водомёт беспомощно буксовал. Для чуда немецкой техники "баррикадники"  подготовили «коктейли Молотова».

Оставшиеся "демократы" не дожидаясь, чем всё кончится, поспешно отступили. Водомёт, наконец, вырвался из ловушки, и жалобно завывая, уполз на безопасное расстояние.

На улицах запылали костры. Столбы чёрного дыма поднимались высоко в ночное небо. На следующий день товарищи, зажатые в кольце, говорили нам, что наши костры подняли их волю к сопротивлению – они поняли, что сражаются не одни. Есть ещё Большая Земля. Она поможет.

Версия для печати

Назад к событиям