Журнал Центрального Комитета КПРФ

В.В.Трушков Капитализм под вуалью коронавируса

ТРУШКОВ ВИКТОР ВАСИЛЬЕВИЧ, политический обозреватель, член редколлегии газеты «Правда», доктор философских наук, профессор.

 

Любой серьёзный анализ социально-экономического положения в современной России не может (не должен!) обойти обострение антагонизмов между капиталом и трудом, между буржуазией и пролетариатом. Дело в том, что за три десятилетия реставрации капитализма в нашей стране 2020 год стал пиком этих противоречий в связи с вмешательством обостряющего фактора — пандемии коронавируса. Антагонизм между эксплуататорами и эксплуатируемыми из-за пандемии принял скособоченную форму: он существенно сократил возможность официального пролетарского сопротивления и в немалой степени вернул рабочий класс в положение не столько борющегося, сколько только страдающего. В этой ситуации Российское государство, будучи верным слугой капитала приступило к усиленному симулированию своего якобы нелиберального характера, с одной стороны, осуществляя диктатуру капитала расширением диктаторских полномочий президета РФ, с другой — провозгласив ряд шагов патерналистского типа, причём, если оценивать формально,

по своей инициативе, не под нажимом классовой борьбы.

Сейчас пришла пора подвести итоги этой «нелиберальной симуляции». В этом нам помогут как данные официальной статистики, так и — особенно — материалы информационно-аналитического доклада Федерального научно-исследовательского социологического центра (ФНИСЦ) Российской академии наук «Российское общество в условиях пандемии». Сразу заметим, что в этом исследовании, как и в материалах других социологических служб, мы будем пользоваться прежде всего результатами их опросов, а не их интерпретацией, так как методологическая база осмысления социально-экономических и общественно-политических процессов современной России у нас часто

не совпадает, но это обычно не мешает с доверием относиться к эмпирическим данным ФНИСЦ РАН.

При этом отметим: учёные главного социологического центра страны обращают серьёзное внимание на то, что «произошедшие события отразились на восприятии различных сторон повседневной жизни россиян. По большей части изменения заключались в снижении числа положительных и увеличении количества негативных оценок». В подтверждение они приводят весьма информативную таблицу обнаруженных ими изменений, произошедших за два последних года. Мы воспользовались ею практически полностью, но дополнили итоговой колонкой, где выясняли, насколько (во сколько раз) ухудшилось (или улучшилось) соотношение оценок «хорошо» и «плохо» осенью 2020 года (опрос ФНИСЦ проходил в сентябре) по сравнению с 2018 годом.

Сначала выделим четыре сферы жизни, которым россияне чаще выставляли оценку «плохо», чем «хорошо». Особенно надо отметить, что это касается основных, во многом интегральных сфер жизни. ФНИСЦ РАН выявил, что самый плохой результат у показателя материальной обеспеченности: два года назад соотношение «хороших» и «плохих» оценок было 8 к 10. Нынче доля оценок «хорошо» по сравнению с оценками «плохо» снизилась до 4 к 10, то есть плохих оценок материального положения в 2,5 раза больше, чем хороших.

Такой же показатель (плохих оценок в 2,5 раза больше, чем хороших) нынче и у доступности медицинского обслуживания. Но здесь ситуация

отличается тем, что в 2018 году это соотношение было даже хуже — 3 к 10.

Возможности отдыха во время отпуска в 2018 году оценивались тоже чаще «плохо», чем «хорошо», но нынче это соотношение ухудшилось вдвое, теперь плохих оценок в 2,5 раза больше, чем хороших.

В число преимущественно плохих оценок в 2020 году попала и возможность выражать свои политические взгляды: хорошей её считают

в 1,25 раза реже, чем плохой.

К этим данным добавим, что пандемия коронавируса вынудила российских управленцев — от федеральных до муниципальных — срочно латать дыры, учинённые осуществлявшейся по их же воле «оптимизацией» здравоохранения. Поэтому доступность качественной медицинской помощи нынче улучшилась: доля хороших оценок от числа плохих в 2020 году повысилась с 30% до 40%. Следовательно, коэффициент ухудшения

в этой сфере составил 0,75. Кстати, такая ситуация у нас встретилась лишь однажды. Аналогичные расчёты показали, что оценка россиянами возможности отдыха в период отпуска ухудшилась в 1,6 раза, возможности выражать свои политические взгляды — в 1,65 раза, а оценка ухудшения материального положения достигла двукратного размера.

Исследования социологов РАН продемонстрировали, что сферу, в которой в 2020 году улучшилось бы положение по сравнению с 2018 годом, надо искать днём с огнём. В предлагаемой таблице её просто нет.

 

Таблица 1.

 

Динамика позитивных и негативных оценок россиянами

удовлетворённости разными аспектаит своей жизни,

2018—2020 гг., %

 

                                   Соотношение Соотношение

             Сферы              Хорошо          Плохо            оценок            оценок

             жизни                                                «хорошо»          2020 г.

                                                           к «плохо»     к оценкам

            2018    2020    2018    2020    2018    2020       2018 года

Ситуация на работе   27      22      13      19      2,0     1,2           1,67

Возможности

проведения досуга    33      26      18      21      1,8       1,2           1,50

Возможности

общения с друзьями   53      49          5          7      9,9     6,8           1,46

Положение, статус

в обществе     33      27          9      10      3,9     2,7           1,39

Отношения в семье   59      55          4          5      13,4     10,2           1,31

Возможности

реализовать себя       26      25      18      22      1,4       1,1           1,27          

в профессии  

Возможность получения

нужного образования,             27      25      17      19      1,6     1,3           1,23

знаний

Одежда           29      26      11      11      2,7     2,3           1,17

Уровень личной

безопасности 33      30          9          9      3,7     3,2           1,16

Состояние здоровья 30      25      16      15      1,9     1,7           1,12

Питание          37      32          7          7      5,2     4,7           1,11

Жизнь в целом

складывается 28      23          8      10      3,8       2,4            1,58

 

Итак, двойной удар кризисов — экономического и коронавирусного — наиболее болезненно сказался на материальном положении трудящихся. «В условиях значительных потрясений последнего года, — заявляют социологи, — важно понимать реакцию россиян на происходящее. Один из способов её замерить — оценить то, как изменилось

их восприятие своего материального положения».

Действительно, когда на экономический кризис накладывается «корона-кризис», то восприятие материального положения трудящихся превращается в важный показатель отношения населения не только

к изменению своего житья-бытья, но и к жизнеспособности социального строя. А поскольку социологи ФНИСЦ РАН изучали показатели уровня материальной обеспеченности не респондента-индивида, а семьи, то они получили характеристику восприятия россиянами «своего положения в обществе», что, по их мнению, является «маркером лучшей или худшей жизни. Рост негативных оценок данного показателя свидетельствует о тяжёлом положении населения, а позитивных — о хорошем. Как и другие субъективные индикаторы, его следует анализировать именно в динамике, поскольку „скачки”, выбивающиеся из типичных для общества длительных тенденций, позволяют судить о росте или снижении социальной напряжённости».

Социологи предложили читателю «субъективные оценки динамики материального положения» соотечественников в заканчивающемся десятилетии. Эти данные по своей выразительности не уступают приведённой выше информации о резком падении оценок, даваемых россиянами основным сферам своего бытия. Сначала рассмотрим изменение субъективных оценок материального положения в период 2012—2020 годов (с двухлетним интервалом).

В 2012 году 38% россиян говорили о своём материальном положении, что оно улучшилось, 50% уверяли, что не изменилось, а 13% сказали, что ухудшилось.

Два года спустя соотношение ответов на эти вопросы было следующим: 22%, 56% и 22%.

В 2016 году картина резко изменилась: материальное благополучие улучшилось лишь у 8% соотечественников, осталось без изменений

у 45%, ухудшилось у 47% граждан РФ.

2018 год дал следующую картину: 12%, 52% и 36% соответственно.

Нынче Россия вернулась к ситуации 2016 года. Улучшилось материальное положение у 9% граждан РФ, не изменилось по сравнению

с предшествующим периодом у 43% респондентов, а ухудшилось

у 48%. Увы, рекорд!

А теперь выясним, кто больше всех пострадал в нашей стране

от двойного кризиса — капиталистической экономики и COVID-19.

Социологи выделили шесть групп по характеру труда. Наряду с рабочими отдельные группы составили: а) работники торговли, являющиеся фактически особой профессиональной группой рабочего класса;

б) офисные работники; в) специалисты с высшим образованием; г) самозанятые; д) предприниматели.

Выше уже отмечалось, что в среднем по стране уровень материального положения в этом году ухудшился у 48% россиян. За другой опорный показатель социологи взяли долю тех семей, чьё материальное положение в этом году улучшилось. Таковых в среднем по стране, по данным ФНИСЦ РАН, в 2020 году насчитывается 9%. Так вот из шести выделенных социальных групп только в одной доля тех, чьи материальные условия жизни улучшились, ниже средних в стране показателей. Причём ниже в полтора раза. В таком положении оказалась самая многочисленная в стране социальная группа — рабочие. Среди тех, кто своими руками непосредственно создаёт всё вещественное богатство Российской Федерации, кто непосредственно осуществляет его хранение и транспортировку, кто поддерживает все производственные фонды в рабочем состоянии — среди этой многомиллионной армии тружеников отметили улучшение своего материального состояния, судя по графикам, содержащимся в информационно-аналитическом докладе ФНИСЦ РАН «Российское общество в условиях пандемии», всего-навсего 6%. Что касается негативного опорного показателя, то среди рабочих доля тех. чьё материальное положение ухудшилось, почти на 20% больше, чем в среднем по стране. 57% рабочих семей

в этом году испытывают абсолютное обнищание.

Говоря о рабочем классе, надо обязательно иметь в виду его резервную армию. Если судить по числу тех, кто зарегистрировался на биржах труда, то число безработных увеличилось более, чем в 5 (пять!) раз.

У двух третей безработных материальное положение существенно ухудшилось. И это тоже характеристика благосостояния рабочего класса в целом в условиях реставрации капитализма.

Но высокая безработица — это не только прирост бедности и нищеты в стране. Это ещё и дамоклов меч, навешанный капиталистическим строем над занятыми рабочими. Рост безработицы — это одновременно рост рабского положения тех, у кого ещё сохранилось рабочее место. В кризисную пору одним из важнейших инструментов диктатуры капитала становится реальная угроза диктатуры голода.

Надо иметь в виду, что для двух третей соотечественников основным источником доходов семьи является заработная плата. Это не значит, что остальная треть населения живёт на дивиденды да бонусы. Росстат сообщает, что на магнатов и капиталистов средней руки приходится 1,3% занятого населения. Социологи считают, что 17% россиян выживают за счёт разовых приработков и непостоянной работы. Речь идёт также об инвалидах первой и второй групп, хронически больных, и неработающих пенсионерах и студентах.

Для большинства рабочих семей источником существования является только зарплата. А она в условиях двойного кризиса стала всё чаще скукоживаться. Вновь обратимся к исследователям ФНИСЦ РАН. Они

в своём докладе указывают на наиболее часто используемые капиталом способы ущемления зарплаты: «Более четверти трудоустроенных граждан отметили, что работодатель не обеспечивает им официальное оформление на работу, как этого требует Трудовой кодекс РФ. Каждый десятый (11%) сталкивается с задержками заработной платы. 39% получают „серую” зарплату».

По мнению экспертов, удар по заработным платам был наиболее сильным на «плохих» рабочих местах. Весьма показательно, какие рабочие места социологи относят к «плохим». Они отмечают, что самая неудовлетворительная динамика доходов у работников, трудоустроенных на частных (особенно на вновь созданных частных) предприятиях.

В общем, в самом униженном капиталом, самом эксплуатируемом им состоянии остаются рабочие. Ситуация такая же, как и в начале

ХХ века, когда о положении рабочего класса писал В.И.Ленин в «Развитии капитализма в России» и других трудах, посвящённых пролетариату. Как и в середине XIX столетия, когда Ф.Энгельс характеризовал его бытие в «Положении рабочего класса в Англии». Меняется качество оборудования, приходят новые технологии, совершенствуется инфраструктура производства, но остаётся неизменным социально-экономическое положение наёмного труженика, если в обществе господствует частная собственность, если государство выражает интересы класса буржуазии, владеющей средствами производства.

Исследование ФНИСЦ РАН показало это не только на примере рабочего класса индустриальных отраслей, но и той его части, которую составляют пролетарии прилавка.

Розничная торговля въехала в пандемию на белом коне. Среди 400 крупнейших по итогам 2019 года российских компаний в этом списке наиболее широко представлена именно эта отрасль: 112 фирм (правда, вместе с крупнейшими организациями общественного питания и услуг, но это лишь небольшой довесок к торговым сетям). В розничной торговле выручка на одного сотрудника составляла 11,6 млн. руб.

Но эти показатели свидетельствуют о благополучии владельцев торговых компаний, сумевших в прошлом году поднять производительность и интенсивность труда, то есть ускорить скорость потовыжималки,

на 22,6%. Пандемия короновируса заметно ухудшила показатели общественного питания, но розничная торговля продолжала работать безостановочно.

А вот результат на другом полюсе отрасли. Доля работников торговли, которым повезло улучшить своё материальной положение, равна среднестатистической по России — 9% (не исключено, что счастливчики оказались в основном не среди пролетариев прилавка). В то же время у половины (у 51%, судя по содержащемуся в докладе социологов графику) наёмных работников отрасли материальное положение ухудшилось. Как и у рабочих индустриального труда, этот показатель превышает средние российские данные.

Кроме рабочего класса (индустриальных и торговых рабочих), материальное положение нынче ухудшилось сильнее, чем в целом по России, у самозанятых (теперь их стали часто называть прекариатом). Речь идёт о людях, не имеющих постоянного места работы и постоянного источника существования. Их права не защищены ни одной статьёй Трудового кодекса. Не случайно капитал старается максимально переводить работников наёмного труда в категорию самозанятых. Во время пандемии этот процесс заметно усилился, даже там, где спрос на рабочую силу возрос. Эта проблема приобрела острый характер, например, у московских курьеров. Они первыми среди прекариата создали свой профсоюз и показывают пример борьбы за классовые интересы. Но и это пока не помогает им выйти из официальной категории самозанятых. Фактически прекариат — составная, хотя и профессионально разношёрстная, часть пролетариата, так как работает он по найму и подвергается даже более сильной эксплуатации капитала, чем другие пролетарские слои. В подобном бесправном положении трудится в пору пандемии до 30% занятого населения страны (кстати, оно нередко не попадает в отчёты Росстата, благодаря чему они становятся более благополучными, благовидными). Неудивительно, что более чем у 60% самозанятых материальное положение нынче ухудшилось.

Для более точной характеристики материального положения социологи выяснили финансовое положение россиян. Для этого они разделили респондентов на четыре группы с учётом нынешнего специфически российского материального положения населения (судя по предыдущим исследованиям Института социологии, являющегося головным в ФНИСЦ РАН, представители крупного капитала в выборку в подобных исследованиях вообще не включаются). В группу наиболее благополучных попали те, у кого сбережения есть, а долгов нет. К этой категории себя отнесла пятая часть опрошенных (21%).

На другом полюсе — соотечественники, у которых сбережений нет, но есть долги. Их в нынешней России больше всех — 38%. Капитализм, укреплённый наступлением пандемии коронавируса, привёл в 2020 году к тому, что нищих и бедных в стране стало практически вдвое больше, чем людей, живущих благополучно, «материально обеспеченно». Абсолютное большинство наёмных, эксплуатируемых работников физического и умственного труда зарплату имеют ниже стоимости их рабочей силы. Они подвергаются работодателями (включая государство, являющееся самым крупным капиталистом в РФ) сверхэксплуатации. Поскольку заработная плата, как правило, ниже стоимости их рабочей силы, то указанные 38% граждан РФ живут в сверхбедности. Эти оценки сложившейся ситуации вытекают из классической политической экономии, адекватно характеризующей капиталистический строй.

По данным исследования ФНИСЦ РАН, 41% населения РФ сумели

не оказаться среди сверхбедных, но и не попали в материально благополучные. У одной их части (около трети россиян) нет ни сбережений, ни долгов, а у другой (около десятой части респондентов) есть и сбережения и долги. В последние годы большинство социологов старается провозгласить эту часть населения мифическим «средним классом»,

но это — по явно доморощенным критериям, причём с большим налётом сервильности. По международным стандартам большинство

из этих 41% нельзя относить к «среднему классу» ни по уровню их благополучия, ни по месту в общественном производстве, так как их эксплуатирует капитал.

Признаёмся: нас куда больше интересует не мифический «средний класс», а реальный рабочий класс. В связи с тем, что из него исследователи ФНИСЦ РАН выделили в самостоятельную группу пролетариев прилавка, то мы получили редкую в последнее время возможность изучить характеристики индустриального рабочего класса, представленные социологами Академии наук. Во время анализа субъективных оценок своего материального положения социологами было установлено, что самыми малоимущими в современной России являются рабочие промышленности, строительства, транспорта, связи и других отраслей индустрии. Контрольный блок исследования полностью подтвердил правильность этого вывода.

Только девятая часть рабочих живёт без долгов и имеет некоторые сбережения. И это при том, что, по данным Росстата, около 40% индустривального рабочего класса заняты высококвалифицированным трудом и ещё около трети трудятся операторами, машинистами разных видов подвижного состава и сборщиками машин и оборудования. При такой доле квалифицированного рабочего класса столь малый процент прилично оплачиваемых рабочих — это безусловное преступление режима реставрации капитализма в России. Об этом же свидетельствует тот факт, что свыше половины индустриальных рабочих (судя по графику, примерно 53%) не имеют никаких сбережений, но отягощены долгами. На навязываемое нынешним капитализмом бытие потребительства индустриальные рабочие реагируют достаточно настороженно. Среди них, по данным социологов ФНИСЦ РАН, меньше 7% тех, кто имеет как сбережения, так и долги. В пролетарской среде такому принципу больше привержены работники прилавка, представители прекариата (так называемых самозанятых), а также предприниматели и специалисты, чьё материальное положение, по данным этого исследования, значительно лучше, чем у рабочих.

Судя по графику, можно говорить ещё об одном примечательном совпадении. Сегодня уровень заработной платы индустриальных рабочих совпадает с уровнем заработной платы тех, кому в год пандемии она была понижена работодателями. По крайней мере, это совпадение свидетельствует о том, что капитал сохраняет свои прибыли за счёт сверхэксплуатации рабочего класса.

Итак, противоречия между трудом и капиталом в уходящем году заметно усилились, зримее стал и их антагонистический характер.

На этом фоне представляют интерес данные ФНИСЦ РАН о субъективных оценках перспектив материального положения в те же годы. Ожидания россиян были следующими.

2012 год. 36% граждан РФ надеялись, что их материальное положение улучшится. 50% не верили ни в какие изменения. 14% печально сообщали, что положение ухудшится.

2014 год принёс исследователям следующие данные об ожиданиях: надежды, что положение улучшится, сохранились у 31%, останется без изменений — у 46%, ухудшится — у 23%.

В 2016 году прогнозы россиян стали ещё скромнее: 24%, 47% и 29% соответственно.

В 2018 году ожидания россиян по сравнению с их прогнозами двухлетней давности мало изменились. Об улучшении материального положения мечтали 23% респондентов, 45% их заявляли, что в этой сфере всё останется без изменений, предполагали ухудшение материального положения 32%.

2020 год, проходящий под короной пандемии COVID-19, дал следующие ожидания: 24% соотечественников по-прежнему ждут улучшения своего материального положения, 43% считают, что в их благосостоянии ничего не изменится, а 33% россиян уверены, что материальное положение будет и впредь ухудшаться.

Эти данные социологи ФНИСЦ РАН прокомментировали неожиданным образом: «Среди тех, кто высказался о будущей динамике, превалируют пессимисты. Негативных изменений ждёт каждый третий,

в то время как позитивных — лишь один из четырёх». Да что вы, уважаемые коллеги! Судя по приведённым вами данным (а в них сомневаться нет оснований), в нашей стране живут по преимуществу оптимисты или, как минимум, реалисты-мечтатели. Давайте внимательно всмотримся в приведённые вами данные. В частности, сравним ожидания россиян и их реализацию через два года (такой временной шаг взят социологами в этом исследовании).

В 2012 году надеялись на улучшение материального положения 36% россиян. Однако через два года оказалось, что только 22% соотечественников обнаружили улучшение своего материального благополучия. Иначе говоря, нынешнее капиталистическое государство сумело реализовать ожидания своих граждан лишь на 61%.

Получив от власти такой урок, россияне слегка поубавили свои надежды на улучшение своего материального положения. Но — всё равно попали впросак. В 2016 году, по данным исследователей ВНИСЦ РАН, прогнозировали, что «жить станет лучше, жить станет веселей» 31% граждан Российской Федерации. А светлые ожидания реализовались только у 8%. Народный прогноз воплотился в жизнь чуть больше, чем на четверть. Капиталистический строй РФ сурово одёрнул мечтателей, чуть ли не обвинив их... в маниловщине. Правда, часть «мечтателей» начала помаленьку обвинять (под подушкой) сама себя: за то, что не защитила Советскую власть и социалистическое жизнеустройство.

Во время опроса 2016 года социологи установили, что надежды россиян на лучшее будущее заметно скукожились: их высказали только 24% опрошенных. Но через два года признали улучшение своего материального положения всего-навсего 12% опрошенных. Такое впечатление, что правительство Путина-Медведева жестоко мстило гражданам возглавляемого ими государства за то, что те всё ещё надеются

на улучшение своей жизни, за то, что верят в воплощение в жизнь президентских указов и правительственных программ.

А россияне и впрямь настойчиво утверждали, что надежда умирает последней. Они в 2018 году голосовали за прежнего президента и по-прежнему почти четвёртая часть их (23%) упорно твердила, что не может быть так, что в работающей стране у трудящихся не улучшалось материальное положение. А власть ей снова показала известную комбинацию, которую проказливые мальчишки сопровождают вопросом: «Ярко светится?». Нынче материальное положение улучшилось у 9% россиян, а ухудшилось у каждого второго. Это всё в среднем. А конкретно? Где-то на 27% (втрое больше, чем «в среднем по больнице») материальное положение улучшилось у тех, кто и прежде входил в число самых богатых. По данным ФНИСЦ, так щедро оказались одарены россияне, имеющие доход на каждого члена семью «более четырёх медиан». Медиана — это величина доходов, которые делят население пополам. 50% граждан РФ имеют доход ниже этой величины и 50% — выше. А фактическая картина ещё печальнее: в «медианную группу» входят ныне, по данным ФНИСЦ РАН, 40% населения. Если даже эта группа поровну распадается на тех, кто имеет доход выше и ниже медианы, то и это означает, что медиана в РФ характеризует плохое материальное положение минимум 70% населения страны (а фактически ещё больше, но не будем вникать в статистические премудрости).

В общем, приведённые данные дают основание минимум для двух выводов. Во-первых, предсказывать достойное будущее для России реставрированного капитализма — занятие непродуктивное и… недостойное: нас ведь ещё в детстве строго учили никого не обманывать — ни других, ни себя. Во-вторых, несмотря на уроки современности и прошлого, а, может быть, благодаря им (например, Октябрю 1917 года), в России живут оптимисты или, повторюсь, реалисты-мечтатели.

Это относится и к тем, кто предвидел ухудшение материального положения в современной России. Ведь за всё первое десятилетие

XXI века они всё равно ни разу не могли угадать масштаб народного обнищания, которое из года в год наращивает реставрация капитализма. Так, массовые предсказания 2012 года об обнищании населения российская власть в 2014 году преодолела почти в полтора раза (в 2012 году 12% участников опроса предполагали ухудшение материального положения в будущем, а реально ухудшилась ситуация у 22% россиян).

В 2014 году респонденты решили, что дальше падать некуда, поэтому предсказали ухудшение материального положения у 23% соотечественников. И оказались… оптимистами: в 2016 году стали жить материально хуже 47% россиян. Нынче материальное положение ухудшилось. И не у трети населения нашей страны, как два года назад предсказывали респонденты, а практически у половины (48%).

Среди социальных групп, выделенных учёными ФНИСЦ РАН, повышенным реализмом отличаются индустриальные рабочие. Очевидно, это объясняется двумя факторами: во-первых, они больше всех пострадали от двойного кризиса 2020 года, во-вторых, у них лучше развито классовое чутьё, они точнее понимают алчную природу капитала. Если в среднем, по данным социологов, на улучшение материального положения в ближайшем будущем нынче выразили надежду 24% россиян, то среди рабочих таковых оказалось лишь 20%. Примечательно, что наиболее информированные о социально-экономическом положении

в стране и напряжённых общественно-политических процессах представители квалифицированного умственного труда (социологи объединили их в категорию «специалисты») оказались весьма легковерными: среди них прогнозируют улучшение материального положения

в ближайшем будущем (в исследовании учёных ФНИСЦ РАН используется двухлетний временной шаг) 34% специалистов. Среди офисных служащих легко верят в улучшение материального положения 30% опрошенных, среди работников торговли — 26%. Впрочем, больше всех надеются, что их материальное положение улучшится в ближайшем будущем, хотя не имеют на то никаких особых оснований, самозанятые. Не исключено, что сказываются присущий этой социальной группе повышенное самомнение и индивидуализм.

Правда, при прогнозе ухудшения материального положения мнение самозанятых полностью совпало со «средним по больнице», то есть 33%. Близки к среднеиму показателю и надежды торгового пролетариата. Здесь наибольший оптимизм проявили специалисты и офисные служащие. Пока приближение сознания этих групп к пролетарскому идёт медленно, хотя объективно большинство их являются неотъемлемой частью работников наёмного, эксплуатируемого труда.

В погнозе своего материального положения снова проявили самостоятельность индустриальные рабочие. Их надежды на «светлое капиталистическое будущее» зримо скукоживаются. 40% рабочих не видят оснований, чтобы не прогнозировать дальнейшее ухудшение материального положения.

Поскольку среди выделенных учёными ФНИСЦ РАН социальных групп рабочие оказались единственной, чьи показатели материального положения и финансового благополучия ниже средних по Российской Федерации, то логично предположить, что в этом исследовании основу респондентов с плохим материальным положением составляют именно они. Это позволяет выяснить мнение рабочего большинства о ситуации в стране, о перспективах России, о событиях и процессах, которые беспокоят самую многочисленную в современной РФ социальную группу. Дело в том, что социологи РАН за последние два десятилетия не сообщали обществу полученные ими данные, которые характеризовали бы позицию рабочего класса. Поэтому приходится искать ответы

на важнейшие проблемы (а позиция этого класса несомненно относится к разряду таких проблем) общественно-политического положения

в России таким окольным способом. Впрочем, даже он даёт весьма интересный материал о социальной нестабильности России.

Более того, вновь, как и перед поворотными событиями 1917 года, обнаруживается, что лица высокого материального положения

в большинстве своём приспособились к капиталистическому жизнеустройству и вдвое чаще, чем малоимущие, считают откровенно кризисную ситуацию 2020 года… нормальной. Обратимся к соответствуюим данным, опубликованным в информационно-аналитическом отчёте ФНИСЦ РАН.

 

 

Таблица 2.

 

Оценка разными категориями респондентов ситуации в стране,

сентябрь 2020 г.,%

 

             Оценка                М а т е р и а л ь н о е     п о л о ж е н и е

           ситуации         хорошее       удовлетворительное     плохое

Нормальная, спокойная                 39                             35          20

Напряжённая, кризисная                48                             48           57

Катастрофическая                6                               7          14

Затруднились ответить                    7                             10             9

 

Кстати, с утверждением о зависимости отношения к ситуации в стране, поражённой двумя кризисами — капиталистическим и коронавирусным, — от имущественного положения авторы социологического исследования в принципе согласны. Они пишут: «Закономерно, что хуже всего ситуацию в стране оценивают россияне с плохим материальным положением. Среди них только 20% характеризуют её как спокойную (на 11 процентных пунктов ниже, чем по населению в целом), а 57% считают, что ситуация напряжённая. В свою очередь более позитивно

(в два раза! — В.Т.) воспринимают происходящее россияне с лучшим достатком (среди них 39% оценивают ситуацию в стране как нормальную)». Правда, указать на корни этой зависимости — на антагонизм между эксплуататорским классом и эксплуатируемыми — они не решаются, хотя и, конечно, это понимают.

Результаты опросов ФНИСЦ РАН весьма точно указывают на антагонизм отношений между полярными классами. Социологи задали респондентам вопрос: «Как вы считаете, каким образом проявило себя наше общество в целом в течение нескольких месяцев периода самоизоляции?». 24% тех, чьё материальное положение плохое, уверены, что общество «в основном проявило себя разобщённым», тогда как среди россиян с хорошим материальнрым положением на разобщённость указали лишь 12%, то есть вдвое меньше. Зато 40% материально благополучных граждан утверждают, что общество «в основном выдержало экзамен на консолидацию и взаимоподдержку». Из тех же, чьё материальное положение плохое, эту точку зрения поддержали только 18% соотечественников.

У этих полярных оценок (разрыв в два и более раза) достаточно ясная природа: оценивались-то не межличностные, а социальные отношения. Состоятельным гражданам было весьма безразлично, солидарны ли

с ними соотечественники, перебивающиеся с хлеба на воду. Они оценивали (и ценили) взаимоподдержку внутри своей группы в деле защиты своих состояний и консолидацию «с верхами» государственной власти.

Здесь полезно напомнить некоторые факты «времён самоизоляции», которые помогут понять полярные оценки бедняков и состоятельных граждан на вопрос о консолидации общества. Когда коронавирус начал наступать на Россию, владельцы средств производства выразили настойчивое желание получать от государства финансовую помощь. Оно, естественно, отказать не посмело. Так, в середине мая министр экономики РФ М.Решетников сообщил, что бизнесу уже выдано 20 кредитов, по 1 миллиарду рублей в среднем каждый кредит. Средняя ставка по кредиту для этих компаний — 3,8%, всё, что сверх этого, субсидируется банкам из федерального бюджета. Представитель министерства труда добавил, что помощь крупному капиталу планируется в размере 1,5 трлн. рублей.

20 мая, едва приступив к работе после больничного из-за коронавируса, премьер-министр М.Мишустин подписал распоряжение и постановление правительства, согласно которым кредиты по льготной ставке, субсидируемые государством, смогут получить как материнские компании, так и их дочерние общества. Общий объём кредита, выданный группе компаний, должен составить 3 млрд. руб., а ставка не должна превышать 5% годовых. Правительство Москвы также определило перечень банков, которые будут выдавать предпринимателям льготные кредиты. В список вошли Сбербанк, ВТБ, Совкомбанк, Райффайзенбанк и ряд других кредитных организаций. Государство также просубсидирует банкам недополученные доходы. В конце апреля правительство уже выделило на эти цели 24 млрд. рублей.

Признаем, что магнаты-олигархи в выборку социологов не попали.

Не было в ней и топ-менеджеров крупных компаний и банков. В неё вошла их обслуга средней руки и представители среднего капитала и мелкой буржуазии. А мировосприятие этих социальных групп хорошо охарактеризовал Ф.Энгельс на примере мелкого капитала, и 2020 год подтверждает истинность и этой глубокой характеристики: «Его характер определяется промежуточностью его положения между классом более крупных капиталистов — торговцев и промышленников, буржуазией в собственном смысле слова, — и классом пролетариата, или классом промышленных рабочих. Он стремится к положению первого, но малейший неблагоприятный поворот судьбы низвергает представителей этого класса в ряды последнего… Он вечно одержим колебаниями между надеждой подняться в ряды более богатого класса и страхом опуститься до положения пролетариев или даже нищих, между надеждой обеспечить свои интересы, завоевав для себя долю участия в руководстве общественными делами, и опасением возбудить неуместной оппозицией гнев правительства, от которого зависит само его существование, ибо во власти правительства отнять у него его лучших заказчиков. Он владеет весьма малыми средствами, непрочность обладания которыми обратно пропорциональна их величине. Вследствие всего этого взгляды этого класса отличаются чрезвычайной шаткостью». (Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 8. С. 10).

Приходится признавать, что кризис к сентябрю 2020 года ещё не успел развеять иллюзии этой группы респондентов насчёт её места в бизнесе.

Что касается россиян, попавших в категорию бедных, то необходимо подчеркнуть: налицо уже не относительное, а абсолютное обнищание прежде всего этой части населения. При этом сваливать все беды

на пандемию нечестно, а политически — преступно. В 2016 году никакого коронавируса не было, а заявлял об ухудшении своего материального положения, как и нынче, практически каждый второй (47%). Что? Тогда был кризис. Вот и я о том же. Кризис, начавшийся в 2008 году (кстати, ровно через 10 лет после дефолта 1998 г.), оказался нескончаемым. Передышками были лишь периоды стагнации экономики. О стадии подъёма забыли даже вспоминать. Если после окончания пандемии останутся нынешние производственные отношения, то рекорды 2020 года по обнищанию россиян будут ещё превзойдены. Пандемия только обострила российские невзгоды и классовые противоречия, порождённые реставрацией капитализма.

О классовом противостоянии в стране свидетельствует и поляризация представлений о перспективах России в ближайшем будущем. Это подтверждают данные социологического опроса.

 

Таблица 3.

 

Оценка разными категориями респондентов

перспектив развития России

в ближайшем будущем, сентябрь 2020 г.,%

 

   Оценка перспектив              М а т е р и а л ь н о е     п о л о ж е н и е

    развития России    хорошее        удовлетворительное           плохое

Будет развиваться успешно       27                   16         5

Ничего принципиально

не изменится       39                   38       29

Страну ждут трудные времена              34                   46       66

 

Задавая вопрос о перспективах развития России, социологи безусловно подразумевали нынешнее российское государство с его капиталистическим строем. Итак, в успешное развитие капиталистической России в ближайшее время верит абсолютное меньшинство её граждан, живущих как хорошо, так и удовлетворительно, а среди бедных, основу которых, как уже подчёркивалось, составляет рабочий класс,

в перспективы развития нынешнего российского государства практически никто не верит. Эти представления соотечественников о бесперспективнрости капиталистического строя в Российской Федерации обязаны учитывать все лево-патриотические силы — прежде всего КПРФ! — в своей политической деятельности.

На этом фоне важно выяснить представления россиян о том, какие первоочередные задачи должна решать власть в сложившихся кризисных условиях. Понятно, что на первое место респондентами была выбрана из числа предложенных социологами задача — «существенное увеличение бюджетного финансирования социальной сферы (медицина, образование, культура)». Она должна быть одинаково актуальной для всех социальных групп России. Но вдруг выяснилось, что на практике в оценке и этой сферы проявляются некоторые социальные различия. Так, отвечая на другой вопрос, касающийся опасности дальнейшей деградации системы медицинского обслуживания, среди обеспеченных указало на его важность 83% опрошенных, а среди граждан с низким материальным достатком — 91%. Но в рассматриваемом нами сейчас вопросе о первоочередных задачах оговаривалось, что респондент мог выбрать три (но не более) ответа. В результате на прниоритет необходимости существенного увеличения бюджетного финансирования социальной сферы указали 44% опрошенных.

Социологи, однако, предоставили осторожную возможность россиянам выбрать альтернативные варианты развития страны. И тут же обнаружила себя классовая полярность общества. Десятая часть сограждлан указала на своё желание ускоренного решения задач откровенно буржуазного характера:

— расширение возможностей для свободного предпринимательства и развитие конкурентности — 11%;

— демократическое обновление общества — 10%.

Россиян, предпочитающих альтернативный курс развития страны, сегодня в три с половиной раза больше. 37% респондентов назвали

в качестве первоочередной неотложной задачи «преодоление чрезмерной социальной дифференциации между разными группами и слоями общества» (напомню, что формулировки вариантов ответов были заложены в опросник социологами). Независимо от того. что имели

в виду авторы программы исследования, для опрашиваемых такой вариант ответа фактически означал задачу смены социального строя. Таким образом, в современной России на уровне общественного сознания сторонников перехода к социалистическому созиданию в 3,5—3,7 раза больше, чем приверженцев сохранения и укрепления капитализма. Признаем: пока эта идея ещё не настолько овладела массами, чтобы уже сегодня стать материальной силой, но предпосылки для этого налицо.

В то же время надо отметить, что в данных социологов нашла отражение и весьма широко бытующая в российском обществе иллюзия, будто разрешение классовых антагонизмов между трудом и капиталом, между эксплуатируемыми и эксплуататорами возможно при сохранении господства частной собственности и буржуазного государства. Это нашло отражение в массовости ответов по поводу необходимости «обеспечения равенства всех граждан перед законом, соблюдение гарантированных Конституцией прав человека» (39%) и первоочерёдности «жёсткой борьбы с коррупцией» (38%). Лицемерие пропагандистов приоритетности подобных задач особенно бросается в глаза сейчас, когда после путинского «ремонта» ельцинской Конституции начался активный процесс подкрепления диктатуры капитала диктатурой президента РФ. КПРФ предстоит активная и непримиримая борьба с этими преступными обманами трудящихся масс.

В последнее время мы особенно ожесточённо критикуем либералов. Они, равно как и российская власть, этого заслуживают, и потому и впредь мы не оставим их в покое. Но одновременно нам недопустимо пренебрегать ленинским заветом-наказом, данным вот в такую же пору начинавшегося подъёма народного протеста против самодурства государственной власти и капитала в 1911 году. Владимир Ильич тогда в статье «Реформизм и русская социал-демократия» писал: «Не либерализм против социализма, а реформизм против социалистической революции — вот формула современной „передовой”, образованной буржуазии. И чем выше развитие капитализма в данной стране, чем чище господство буржуазии, чем больше политической свободы, тем шире область применения „новейшего” буржуазного лозунга: реформы против революции, частичное штопанье гибнущего режима в интересах удержания власти буржуазии против революционного ниспровержения этой власти». (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 20. С. 305).

Думается, об осознании борьбы с оппортунизмом и реформизмом свидетельствует долгожданное обращение КПРФ к рабочему классу, курс на укрепление влияния в пролетарской среде. Октябрьский Пленум ЦК КПРФ 2019 года напомнил, что остаётся в силе не выполненным постановление VI (октябрьского 2014 г.) Пленума ЦК КПРФ, сориентировавшего партию опираться в борьбе за власть на рабочий класс, являющийся объективно социальной базой коммунисточеского движения.

Остаётся лишь не забывать, что любые постановления имеют ценность лишь тогда, когда вся партия концентрирует свои усилия на их выполнении.


Назад к оглавлению