О национальной идее и «умеренном консерватизме» А.Л.Кругликов Достойны ль их кумиры поклоненья?

О национальной идее и «умеренном консерватизме»  А.Л.Кругликов  Достойны ль их кумиры  поклоненья?

КРУГЛИКОВ АЛЕКСАНДР ЛЕОНИДОВИЧ, доктор исторических наук, профессор. Заведующий отделом науки и учебных заведений Ульяновского обкома КПСС (1985—1989). Первый секретарь Ульяновского обкома КПРФ (1993—2014). Депутат Государственной думы Федерального собрания (1995—2003). Избирался депутатом Законодательного собрания Ульяновской области. В декабре 1996 г. баллотировался на пост губернатора Ульяновской области, занял второе место среди шести кандидатов, получив в острейшей борьбе около 34% голосов. Лауреат премии «Слово к народу» газеты «Советская Россия» и конкурса «Лучший автор журнала „Политическое просвещение”». (Московская обл., г. Сергиев-Посад).

 

Кругом подножия кумира

Безумец бедный обошёл

И взоры дикие навёл

На лик державца полумира.

А.С.Пушкин.

 

Не было — не было, и вот нашлась! Неожиданно для всех обитатели Кремля обнаружили ту самую «национальную идею», без которой Россия пребывает уже более 30 лет. Побудило их к этому якобы мировое переустройство, «окончательный дизайн которого неизвестен» и неожиданное осознание, что капитализм оказался в тупике (не Маркса ли и Ленина начитались?). Президент буржуазно-криминальной державы признал, что «существующая модель капитализма — а это сегодня основа общественного устройства в подавляющем большинстве стран — исчерпала себя, в её рамках нет больше выхода из клубка всё более запутанных противоречий». (РБК: https://www.rbc.ru/politics/21/10/2021/6171a0fe9a7947e57cf59383).

Но запоздалое на десятилетия осознание это не привело Путина на путь революционной борьбы со своим олигархическим окружением, а лишь побудило выдумать для народа неведомый никому «умеренный консерватизм», сразу же и объявленный Кремлём «национальной идеей». Путин пообещал, что идея эта неизбежно будет меняться, и (во что невозможно поверить) теперь точно всё будет по принципу «не вреди». Для обоснования столь грандиозного замысла «национальный лидер» и творец «национальной идеи» даже востребовал из исторического забвения мыслителя-эклектика, высланного 100 лет назад из страны, а в довесок к нему ещё и царя-реакционера.

Так уж случилось, что ко времени грядущих перемен эпохи Путина подоспело 175-летие императора Всероссийского Александра III. Юбилей-то случился достаточно давно, а сгодился на потребу дня. В Гатчину, где 140 лет назад прятался монарх, опасавшийся покушений «Народной воли», президент явился, чтобы открыть тронный памятник кумиру в «Арсенальном каре». (См.: Коммерсатъ, 7 июня 2021 г.). В царе-затворнике как раз узрели того самого «разумного консерватора» времён былых. Четырьмя годами ранее Путин уже открывал памятник этому же царю (что примечательно — под гимн Российской империи) в Крыму. И речь тоже говорил. (См.: Газета.ru, 18 ноября 2017 г.). В Гатчине он снова напомнил

о свершениях государя, которые неблагодарный народ почему-то не воспринял должным образом.

Памятники-то Александру III и до Путина сооружались. В Москве произошло это ещё в 1912 году под грохот пушек и звон колоколов храма Христа Спасителя. Митрополит Владимир даже окропил монумент святой водой. Но не помогло. Вместе с монархией и монумент монарху смели. (См.: Иллюстрированная Россия. 1928. № 52). Памятник-то рушить не следовало, конечно. Но и с народом обходиться так, как это было присуще правящей династии и капиталистам, дворянам-помещикам, было тоже не гоже.

Несколько раньше ярчайший конный памятник царю-«миротворцу» и его эпохе создал в Петербурге скульптор Паоло Трубецкой, признавшийся, что «изобразил одно животное на другом». (См.: Чуковский К. Современники. — М.: Молодая гвардия. (Жизнь замечательных людей), 1967.

С. 139—140). Пролетарский поэт Демьян Бедный в стихотворении с хлёстким названием «Пугало» так выразил суть сотворённого «разумным консерватором» времён тех давних, не забыв напомнить об участи его батюшки и наследника:

 

   «Мой сын и мой отец при жизни казнены,

   А я пожал удел посмертного бесславья:

   Торчу здесь пугалом чугунным для страны,

   Навеки сбросившей ярмо самодержавья».

Прав был поэт из народа. Самодержавие оказалось чуждо России, где все вопросы большинство населения традиционно решало коллективно — всем миром. А народу навязали земских начальников из помещичьей «элиты». Вместо реформ в стране осуществили цикл контрреформ. На недовольных обрушили мощь репрессивной машины государства и ввели «Положение об усиленной и чрезвычайной охране». Обществу предъявили и целую идеологическую программу в виде манифеста «О незыблемости самодержавия». Документ провозгласил абсолютную монархию единственно возможным государственным строем в России. Острословы прозвали его «ананасным», ибо в начале текста его присутствовал вычурный оборот «…а на Нас возложить Священный долг Самодержавного Правления».

Таков был «разумный консерватизм» царствования Александра III.

Он подкреплялся действиями тайной проправительственной организации с кощунственным названием «Святая дружина», прибегавшей к методам террора и провокаций. Санкцию на её создание дал сам император и выделил на содержание и деятельность этой «национальной гвардии» внушительную сумму денег. Расстарались и банкиры — Гинзбурги и Поляковы. (См.: Сенчакова Л.Т. Священная дружина» и её состав // Вестник МГУ. Серия 9. История. 1967. № 2).

Понятно, что ведущие деятели «правящей партии», входившие в окружение царя, записались в «Святую дружину». В руководстве этого, по определению М.Е.Салтыкова-Щедрина, «Союза Недремлющих Лоботрясов» оказались: обер-прокурор Синода К.П.Победоносцев, министр внутренних дел граф Н.П.Игнатьев, министр двора и уделов И.И.Воронцов-Дашков, министр государственных имуществ М.Н.Островский, будущий премьер-министр Российской империи С.Ю.Витте, некоторые великие князья, адъютант императора граф П.А.Шувалов и другие VIP-персоны. (См.: Давыдов Ю. Никто и никогда не узнает наших имен // Прометей. Историко-биографический альманах серии «Жизнь замечательных людей». Том 11. — М.: Молодая гвардия, 1977).

Они бросили на борьбу с «крамолой» внутреннюю и заграничную агентуру из 729 сотрудников и почти 15 тысяч их добровольных помощников.

В знаменитом Охранном отделении тогда служило всего 300 человек на всю огромную Россию, включая Царство Польское и Великое княжество Финляндское. Потом, правда, бюджет и штатная численность «Отделений по охранению общественной безопасности и порядка» заметно выросли,

а борьба с «внутренним врагом» оформилась в самостоятельное направление внутренней политики. Началась тогда и настоящая информационная война внутри страны. Будущий академик А.Н.Пыпин писал находившемуся в ссылке известному революционеру Г.А.Лопатину: «До чего дошла мерзость, вы тоже, вероятно, можете судить... В настоящую меру изобразить её может только Салтыков». (Салтыков-Щедрин М.Е. Собр. соч. в 20 томах. Т. 14. — М., 1972; примеч., С. 610).

Великий сатирик отмечал наступление «тишины» и «отрезвления», и такого общественного состояния, когда «ничего нам не нужно, кроме утирающего слёзы жандарма!». Он предвидел, что обещанная правительством «эра народной политики» завершится «благополучием» (с лебедой

в резерве), а достигнутая «тишина» обернётся полицейским произволом и репрессиями. (См.: М.Е.Салтыков-Щедрин в воспоминаниях современников. — М., 1975. Т. 1. С. 370). С горечью предрекал: «...как вам будет лестно, когда вас, „по правилу” начнут в три кнута жарить!». (Салтыков-Щедрин М.Е. Собр. соч. в 29 томах. Т. 14. — М., 1972. С. 189).

Вспоминая о «громовом впечатлении», которое произвела на людей его поколения сатира М.Е.Салтыкова-Щедрина, историк А.А.Кизеветтер отмечал, что писатель «представил распространившееся в обществе глумление над передовыми идеалами освободительной эпохи в образе „торжествующей свиньи”, порешившей „сожрать солнце”». (Кизеветтер А.А. На рубеже двух столетий. (Воспоминания 1881—1914 гг.). — Прага, 1929. С. 152—155).

Дошло до того, что та система «разумного консерватизма» стала пожирать сама себя. Показательно, как повальная слежка обернулась тем, что «чёрный кабинет», перлюстрировавший переписку подданных, перехватил письма одной дамы к бразильскому послу. Особа не была тайным агентом латиноамериканской страны, а лишь любовницей дипломата. Об открытии доложили шефу департамента полиции Российской империи П.Н.Дурново, а дама та и с ним пребывала в интимной связи, и тратил он на неё столько, что оказался в долгах у кредиторов на 60 тысяч рублей. Сексуальный скандал едва не перерос в международный, ибо главный полицейский чин произвёл обыск на квартире посла. Император, к которому обратился дипломат, обозвал своего главного полицейского «свиньёй» и отправил его

в отставку, но сразу же определил в сенаторы. (См.: Бородин А.П. П.Н.Дурново: портрет царского сановника // Отечественная история. 2000. № 3. С. 48—69; Колпакиди А., Север А. Спецслужбы Российской империи. — М.: Яуза: Эксмо, 2010. С. 179—183). Как говорится, «ничто не ново под Луной».

Впрочем, заграничная агентура департамента полиции действовала

с куда большим размахом. Назначенный Александром III её руководитель П.И.Рачковский мало считался с нормами международного права. В окружении своих агентов он в суверенной Швейцарии для пресечения крамолы в России вламывался в помещения совершенно иноземных граждан. Завербованные им провокаторы Е.Азеф, Л.Бейтнер, М.Загорская сдали охранке десятки революционеров. Император по заслугам награждал его орденами и наделял баснословными премиями. Но не менее щедрым оказался и президент Франции Э.Лубе, который вошёл в контакт с русским резидентом и предложил ему: «Вы будете помогать в организации новых французских предприятий в России. Вы станете акционером всех тех французских заводов и фабрик, работу которых при вашей помощи удастся наладить в России. Обижены не будете. Мы умеем ценить полезных для дела людей». И уже через день чемодан, в котором было полтора миллиона франков, оказался у Рачковского. (См.: Падение царского режима. Стенографические отчёты допросов и показаний, данных в 1917 г. в Чрезвычайной Следственной Комиссии Временного Правительства: редакция П.Е.Щёголева. Т. VII. — Л.: Госиздат, 1927. С. 403—404). Французские промышленники, которых представлял Лубэ, были людьми с размахом. Их «щедрость» окупилась впоследствии миллиардными прибылями и русской кровью на полях сражений Первой мировой войны.

Император даже не подозревал (но Путин несомненно это знает), что завербованные Рачковским провокаторы станут швырять бомбы и в московского генерал-губернатора, коим был брат Александра III великий князь Сергей Александрович, и в министра внутренних дел империи В.К.Плеве, и в прочих высокопоставленных чиновников. Им ещё и деньги большие

из казны за эти «подвиги» платили, в чём потом сам премьер и по совместительству министр внутренних дел Российской империи П.А.Столыпин

в 1909 году с трибуны Государственной думы признался. Рачковского он успел в отставку спровадить, предварительно исхлопотав ему огромную пенсию в 7 тысяч рублей. (См.: Кошель П.А. История сыска в России. Т. 2. — Мн.,1996. С. 37—52). Это, впрочем, не спасло самого П.А.Столыпина. Убит был полицейским провокатором. Такой вот «разумный консерватизм» получился. Его даже американцы позаимствовали, получив из агента ЦРУ террориста № 1 Усаму бен Ладена и его «Аль-Каиду». На них и списали жуткое нападение на небоскрёбы в Нью-Йорке, повлекшее гибель тысяч людей.

Наблюдая и переживая происходящее в России в конце XIX — начале XX столетий, изгнанный из России философ Н.А.Бердяев написал статью, которую назвал так, как и потребно нынешним искателям «национальной идеи» — «О консерватизме». Точнее — это было одно из пяти писем, объединённых в книгу «Философия неравенства. Письма к недругам по социальной философии», изданную в Берлине в 1923 году. (См.: Волкогонова О.Д. Н.А.Бердяев: интеллектуальная биография. — М., Изд-во МГУ, 2001). Мыслитель не случайно оказался близок современным обитателям Кремля. Когда-то отдельные из них тоже были не чужды идей «критического марксизма». Позднее они эволюционировали в сторону «нового русского идеализма», а от него совсем недалече до «нового религиозного сознания». Но «консерватизм», да ещё и «разумный», приглянулся куда больше.

Из путаного антибольшевистского творения философа нынешние российские власти через 100 лет позаимствовали соображения, призванные обосновать необходимость консервации сложившегося уже при их правлении уклада. «Разумный консерватизм» они готовы свести к тому, чтобы не допустить возврата к хаосу ельцинского десятилетия, из которого и произросли. Дескать, терпите нас, чтобы вновь не оказаться там, и это «будет хорошим подспорьем для развития» — так звучало на Валдайском форуме в Сочи, чтобы и прочие имеющие уши да услышали.

Нет сомнений, что в очередной раз приходится иметь дело с проявлением той самой демагогической политики, о которой ещё В.И.Ленин говорил, что она имеет своим назначением, некоторое время подурачить «общество» в расчёте на «тётенькины» воспоминания «о родной «Заманиловке» (это из Салтыкова-Щедрина), чтобы прикрыть переход правительства к прямой реакции. (См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1. С. 295; Т. 5. С. 44—45).

Но при всей эклектичности мировоззрения Н.А.Бердяева он не был и не мог быть поклонником императора Александра III. Даже в своём «консерватизме» философ был убеждён, что недопустимо «насилие над органической природой» и недопустимо «убиение жизни, которая хочет быть длящейся». А царь-то не пощадил вторых «первомартовцев», казнённых

в Шлиссельбурге в 1887 году. Не был император и «миротворцем». При нём завершалось военное покорение туркменских земель, имело место обострение «Большой игры» между Российской и Британской империями за контроль над Индией и Средней Азией. Именно тогда стало формироваться в общественном сознании навязанное властью представление, что «у России нет друзей, нашей огромности боятся», а потому — «у России есть только два союзника — её армия и флот», следовательно — «всю казну – на войну», и пусть «Европа подождёт, пока русский Царь рыбачит». (См.: Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний. — М., 1991. С. 57—65). Это близко многим современным российским политикам, но никак не было близко Бердяеву.

«Консервативное начало не есть начало насилующее и не должно быть им», — утверждал философ. Но в современной России декларируемый «разумный консерватизм» всё более и более замещается «консерватизмом» всем очевидного насилия. Вот и угодили всей державой, как говаривал классик, «по дороге из Средней Мещанской» (была такая улица в Петербурге) «в Фонарный переулок» (видимо при царе жили, как в современных Нидерландах, имея в столице целую улицу публичных домов). Насилие «пенсионной реформы», насилие над избирателями на выборах, насильственная вакцинация с угрозами от мадам Голиковой и мадам Поповой — всё это и многое иное в деяниях правительства тоже не вяжется с мировоззренческими представлениями Бердяева.

Было у философа и положение, что «консервативное начало само по себе не противоположно развитию, оно только требует, чтобы развитие было органическим, чтобы будущее не истребляло прошедшего, а продолжало его развивать. Несчастна судьба той страны, в которой нет здорового консерватизма, заложенного в самом народе, нет верности, нет связи с предками». Увы! Но после Бориса Ельцина и в этом отношении мало что изменилось. Некогда вторая держава мира уже два десятилетия грозится догнать Португалию, в которой и проживает-то немногим более 10 млн. человек. Так и не догнали.

А вот Сталин в 1934 году с гордостью за страну и народ говорил о создании в кратчайший срок абсолютно новых современных отраслей производства. Он перечислил 14 из них. Вождь правящей партии сказал и о том, что в СССР «пущены в ход за этот период тысячи вполне современных промышленных предприятий», упомянув названия восьми «гигантов» индустрии. Отметил он и то, что были «реконструированы на базе новой техники тысячи старых предприятий». (См.: XVII съезд Всесоюзной коммунистической партии (б), 26 января — 10 февраля 1934 г.: Стенографический отчёт. — М.: Партиздат, 1934. С. 15). И до самых предшественников Путина Советский Союз оставался на первом месте в мире по производству почти всех видов продукции базовых отраслей промышленности: нефти, стали, чугуна, металлорежущих станков, тепловозов, электровозов, тракторов, сборных железобетонных конструкций, железной руды, кокса, холодильников, шерстяных тканей, кожаной обуви, животного масла, добыче природного газа, производству калийных удобрений, пиломатериалов, реакторного урана (50% мирового производства), синтетического каучука, железнодорожному грузо- и пассажирообороту, производству многих видов военной техники, по общему числу запусков космических летательных аппаратов (50% от общего числа запусков в мире), валовому сбору картофеля, сахарной свёклы; на втором месте в мире по улову рыбы и добыче других морепродуктов, поголовью овец, поголовью свиней, производству электроэнергии, добыче золота, производству цемента, первичного алюминия, азотных удобрений, фосфорных удобрений, добыче каменного угля, бурого угля, общей длине железных дорог, автомобильному грузообороту, воздушному грузовому и пассажирообороту. (См.: Экономика // Современная энциклопедия. — М., 2000; Руднев В.Д., Степчен-

ко И.Н. «Экономическое чудо» Советского Союза // Проблемы науки. 2017. № 3. С. 26—29). Из перечисленного Россия всего-то и сохранила — нефть, газ и частично продукцию оборонного назначения. Такой вот «разумный консерватизм» получился в условиях рыночной стихии и олигархического капитализма. «Что имеем — не храним, потерявши — плачем», — говорят в народе.

Помнится, ещё 20 лет назад в статье «Россия на рубеже тысячелетий» Путиным ставилась задача удвоения ВВП (валового внутреннего продукта) к 2010 году и достижения уровня стран Пиренейского полуострова. (См.: Независимая Газета, 30 декабря 1999 г.). Показателей этих так и не достигли. Прирост за два десятилетия составил около 60%, это при чудовищном провале в «лихие 90-е». Ответственных за провалы нет. А удвоение пребывания у власти есть. И уже через несколько недель после «голосования» по поправкам в Конституцию Путин пересмотрел сроки реализации нацпроектов. (См.: Ведомости,14 июля 2020 г.). Двумя годами ранее того планировалось вложить до 2024 года в экономику страны 25,7 трлн. рублей, что сулило по темпам роста превзойти ведущие страны мира. Теперь не суждено! Сроки достижения целей перенесены на 2030 год. Судя по всему, опять вмешался пресловутый «разумный консерватизм», который потребовал от Кремля «учитывать новые факторы и обстоятельства... особенно связанные и с эпидемией, и с последовавшими экономическими реалиями, экономическим кризисом, теми тенденциями, которые развиваются сейчас и в глобальной экономике, и у нас в стране». (См.: Известия, 13 июля 2020 г.).

Потому и «развиваемся» так, что любому ворогу не пригрезится. Реальные доходы россиян к началу 2020 года оказались на 10% ниже имевшихся в не очень сытном 2013-м. К началу 2021 года они опустились ещё на пять пунктов. Новый премьер правительства списал провал на «распространение коронавируса, его последствия для мировой экономики и для нашей страны…». (Lenta.Ru, 22 июля 2020 г.).

И вдруг случилось чудо. Тот же М.В.Мишустин объявил: «Восстановление российской экономики после довольно непростого периода становится всё более устойчивым. По итогам этого года ожидаем рост ВВП на уровне 4,2%. Это говорит о том, что антикризисные меры показали свою эффективность». Президент и вовсе заявил, что Россия может по итогам года выйти «на рекордный рост ВВП». Тут же минэкономразвития продемонстрировало свою оценку преумножения валового внутреннего продукта на 4,7%. Премьер вещает, что шок в мировой экономике от коронавируса в целом преодолён «и Россия находится в этом тренде». Министр финансов А.Г.Силуанов оказался ещё большим оптимистом, поведав, что экономические условия в Российской Федерации достаточно благоприятные, а восстановление идёт более динамично, чем в других странах. (См.: ПРАЙМ. Агентство экономической информации. 2021, 29 сентября).

Фимиам всех этих восторгов особого воздействия на население не оказал. Правительственные успехи подобны невидимому вирусу, пожирающему Россию. Они обернулись такой «конвертацией» рубля, что за него скоро, как и предвидел Салтыков-Щедрин, в морду давать будут. И не только в Европе. В начале 2020 года доллар стоил 60 руб., а уже в конце — 77 руб. С началом 2022 года он ещё больше приблизился к цене 100 рублей за американскую бумажку с масонскими символами. Как тут не «преумножаться» валовому внутреннему продукту. Гражданам же пришлось за такой «рост» ВВП оплачивать повышение стоимости свеклы с 11—12 руб. год назад до 60 руб. в начале июня 2021 года. Картофель вырос в цене за это время с 16—17 до 27 руб. и больше. Теперь он и вовсе стоит 49 руб. за килограмм. Поразительно, но при таком ценовом росте сокращаются крестьянские и фермерские хозяйства. Правительство и здесь всё списывает на мировой кризис и последствия так называемой «пандемии». Но парадокс, в выигрыше оказались монополисты и агрохолдинги, крупные торговые и посреднические фирмы. Невзирая на то, что рубль неожиданно «окреп», цены на потребительском рынке почти на всё и вся остались, как говорят в правительстве, в «допустимом тренде». Проиграло абсолютное большинство населения. Нищих и бедных стало больше, а «средний класс» в России обретает всё более микроскопические очертания. Это тоже весьма характерно для зашедшего в тупик капитализма катастроф, выдаваемого в России за «разумный консерватизм».

На невиданный «рост» ВВП повлияли и иные факторы. Так, 1 августа 2021 года производители гробов сообщили о повышении цен на 30—50% из-за увеличения стоимости стройматериалов. Растущие цены на металлоконструкции отразились на стоимости могильных оград. Металл за год стремительно подорожал с 80 руб. за 1 кг. до 210—220 руб. (См.: Новая газета, 20 августа 2021 г.). Олигархи А.А.Мордашов, В.С.Лисин и другие тем временем преумножили свои многомиллиардные долларовые состояния.

Кризис в экономике, «сверхсмертность» при «странной пандемии», повальная вакцинация от «новой коронавирусной инфекции» тоже сулят баснословные барыши и «работают» на «рост» ВВП. Консалтинговая компании Knight Frank утверждает, что в России к 2025 году станет на 29% больше миллиардеров с состоянием свыше 30 млн. долл. и количество их составит 10 346 человек. (См.: Коммерсантъ, 24 февраля 2021 г.). По прогнозам, только на «вакцину для всех» (одновременно на обогащение немногих) федеральный бюджет будет тратить по 600 млрд. руб. ежегодно. И продолжаться это будет неопределённо долгое время. Рост данной «услуги» государства, оказываемой населению, несомненен. Он очевиден! В частности, затраты на вакцинацию сопоставимы с государственными вложениями в федеральную программу борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями, от которых умирает половина всех, кто вообще умирает в России. (См.: Коммерсантъ, 18 декабря 2020 г.). Такая вот политика «разумного консерватизма» по рецептам Голиковой и Поповой.

Не приходится удивляться, что Запад по-прежнему не усматривает в России солидного экономического конкурента, и на декларируемый ею экономический «рост» внимания не обращает. На последнем Всемирном экономическом форуме в Давосе по надёжности банков нашу страну опустили на 132 место из 144 — ниже Перу и Ботсваны. В общем рейтинге конкурентоспособности России отвели лишь 67-е место. Это тоже называется: «Россия находится в общем тренде».

Конечно, умерший в крымском Левадийском дворце в 1894 году Александр III никакого отношения к происходящему ныне в России не имеет. Можно лишь отметить, что при нём консерватизм действительно стал сутью внутренней и внешней политики Российской империи. Была провозглашена незыблемость самодержавия. Монарху приписывают высказывание: «Конституция!? Чтоб русский царь присягал каким-то скотам!?».

Духом времени эпохи Александра III стало проведение контрреформ, направленных на ограничение местного самоуправления, правосудия, личных свобод подданных. Власти стремились проконтролировать или запретить всё, что лишь казалось опасным. Разные ведомства выпускали десятки и сотни всяких циркуляров и инструкций, в соответствии с которыми полагалось жить благонадёжному россиянину. Существенно расширились полномочия полиции и отдельного жандармского корпуса — фактической госбезопасности. В 1881—1883 годы была принята серия «особых» и «временных» положений в пользу силовых структур. Полицейским разрешили без всякого суда устанавливать надзор за любым подданным, проводить обыски и высылать заподозренных в крамоле в сибирские и северные губернии. За 13 лет правления Александра III во внесудебном порядке отправили в Сибирь около 140 тысяч человек. (См.: Зайончковский П.А. Кризис самодержавия на рубеже 1870—1880-х годов. — М., 1964). И всё же не доглядели. Даже не осознали к чему пришли.

В январе 1885 года империя Александра III испытала крупнейший социальный взрыв. Разразилась многотысячная стачка рабочих в Орехово-Зуеве. Забастовка продолжалась десять дней, прежде чем её разогнали казаки и солдаты. Суд был погуманнее нынешнего российского и оправдал всех 33 вожаков протеста. Полиция полагала, что для удушения пролетарского движения будет достаточно в административном порядке отправить рабочих лидеров в ссылку. Ранее Пётр Алексеев на «процессе 50-ти» пророчески говорил: «Мы, рабочие, желали и ждали от правительства, что оно не будет делать тягостных для нас нововведений,.. выведёт нас из первобытного положения и пойдёт скорыми шагами вперёд. Но увы! …Мы по-прежнему… без куска хлеба с клочками никуда негодной земли и перешли в зависимость к капиталисту … сотни фабрик набиты крестьянским народом, живущим при таких же условиях — значит, они все крепостные!

Если мы, к сожалению, нередко бываем вынуждены просить повышения пониженной самим капиталистом заработной платы, нас обвиняют в стачке и ссылают в Сибирь, — значит, мы крепостные!

Если мы … вынуждены оставить фабрику и требовать расчёта … нас обвиняют в составлении бунта и прикладом солдатского ружья приневоливают продолжать … работу, а некоторых, как зачинщиков, ссылают в дальние края, — значит, мы крепостные!

Если из нас каждый отдельно не может подать жалобу на капиталиста и первый же встречный квартальный бьёт нам в зубы кулаком и пинками гонит вон, — значит, мы крепостные!

Из всего мною выше сказанного видно, что русскому рабочему народу остаётся только надеяться самим на себя».

Завершая страстную речь, П.Алексеев возвысил голос и произнёс те самые слова: «подымется мускулистая рука миллионов рабочего люда ... и ярмо деспотизма, ограждённое солдатскими штыками, разлетится в прах!». (Цит. по: Рабочее движение в России в XIX в. / Сб. документов и материалов. — Л., 1950. Т. II, ч. 2. С. 44—47).

Царь, окружённый «консерваторами», которые ещё недавно едва ли не поголовно были либералами, делал всё, чтобы в стране зрело массовое недовольство. Главный государственный идеолог и обер-прокурор Святейшего Синода Победоносцев, в молодости публиковавший антиправительственные памфлеты в эмигрантском журнале «Колокол» радикального демократа А.И.Герцена, стал убеждённым сторонником цензуры и ограничений свободы слова, и великий Александр Блок имел все основания написать:

   «В те годы дальние, глухие,

   В сердцах царили сон и мгла:

   Победоносцев над Россией

   Простёр совиные крыла,

   И не было ни дня, ни ночи

   А только — тень огромных крыл;

   Он дивным кругом очертил

   Россию, заглянув ей в очи

   Стеклянным взором колдуна».

Под стать ему оказались и другие подручные императора. Образованнейшему Д.А.Толстому царь доверил возглавлять не только министерство внутренних дел, но и Императорскую Академию наук. При прежнем государе он был известен как энергичный реформатор, при новом — как жёсткий проводник политики контрреформ и сторонник «сильной власти», ограничения «свободы печати». «…Далеко зашла враждебность, какую возбудил против себя этот сановник, говоря о котором можно припоминать пословицу: „гнул не парил, сломал не тужил„», — так определил отношение просвещённого общества к этому человеку его современник, выдающийся русский писатель Н.С.Лесков. (См.: Лесков Н.С. Собр. соч. Т. 6. — М., 1957).

Сам император с горечью, характеризуя своих чиновников-царедворцев, однажды признал: «что ни скажешь, из всего сделают высочайшее повеление». (Цит. по: Епанчин Н.А. На службе трёх императоров. — М., 1996). Итогом стало то, что даже в самых консервативных кругах российского общества возникли сомнения в разумности и необходимости самодержавия. Страшный голод 1891—1892 годов, усугублённый пандемией холеры, обернулся не только избыточной смертностью населения

в 400—650 тыс. человек, но и ещё больше подорвал доверие к существующей власти. Очевидно (сама история свидетельствует об этом), что консервативная политика с её наступлением на гражданские свободы и права, сворачивание диалога с общественностью, острота аграрного и рабочего вопросов и т. д. привели страну не к стабильности и процветанию. Не помогло даже то, что к концу правления Александра III в бюджете Российской империи присутствовал гигантский профицит в 150 млн. рублей.

После кончины императора, наречённого Путиным «скалой», страна стремительно покатилась к катастрофе. Во время церемонии венчания на царствование Николая II случилась Ходынка с гибелью и увечьем тысяч людей. Новый монарх удостоился титула «Кровавый». Затем последовало позорное поражение могучей Российской империи от маленькой Японии на полях Маньчжурии. Страна утратила флот на Тихом океане и погубила Балтийский флот. Учинив «Кровавое воскресенье», самодержавие породило Первую русскую революцию. Любой народный протест всегда, прежде всего, — плод неразумных усилий власти. Втравив Россию, в угоду буржуазии и правящим кругам Британии и Франции, в мировую войну, Николай II и его окружение обрекли страну на многомиллионные человеческие жертвы и колоссальную экономическую разруху. Революция 1917 года стала неизбежной.

Выход России из состояния катастрофы смогли предложить только В.И.Ленин и большевики. Кстати, это признал тот самый помянутый Путиным философ Бердяев, прямо писавший: «Ленин и большевики спасли Россию». Признал это и великий князь Александр Михайлович Романов — брат императора Александра III, дядя и близкий друг императора Николая II. Вот слова из книги «Воспоминаний», изданных в США и во Франции в 1933 году, этого представителя монаршей семьи, потерявшего в горниле революции и гражданской войны более 20 ближайших родственников, но нашедшего силы написать: «…на страже русских национальных интересов стоял не кто иной, как интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы протестовать против раздела бывшей Российской империи, апеллируя к трудящимся всего мира...». (Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний. — М.: «Современник», 1991. С. 256—257). А нынешние власть предержащие предпочитают драпировать усыпальницу Ленина — основателя первого в мире государства трудящихся, правопреемником которого признала себя Российская Федерация. Не вспоминают они и того, что

с трибуны Мавзолея 7 ноября 1941 года уходившие на защиту Москвы прямо с парада по случаю годовщины Великого Октября напутствовались Верховным Главнокомандующим Сталиным словами: «Пусть осенит вас непобедимое знамя великого Ленина! За полный разгром немецких захватчиков! Смерть немецким оккупантам! Да здравствует наша славная Родина, её свобода, её независимость! Под знаменем Ленина — вперёд, к победе!». (И.Сталин о Великой Отечественной войне Советского Союза. — М.: Государственное издательство политической литературы, 1947. С. 40).

P.S. Признаем, что и прежде и ныне для многих Александр III был властителем, достойным поклонения. Император был прекрасным семьянином, достаточно скромным в быту, нетерпимым к взяточничеству, простым в общении… Но вот что писал выдающийся живописец и очень наблюдательный человек И.Е.Репин по поводу сотворённого Трубецким памятника царю в Петербурге: «Россия, придавленная тяжестью одного из реакционнейших царей, пятится назад». Художнику доводилось близко видеть государя. В 1883 году. он написал полотно «Приём волостных старшин Александром Третьим во дворе Петровского дворца в Москве». Красочно воспроизведя парадный фасад империи, Репин показал и взрывоопасную изнанку её. Потому и жёсткий приговор — реакционный царь.

Не менее внимательный Салтыков-Щедрин тогда же, характеризуя обстановку в стране, сетовал: «Теперь надо писать о светопреставлении…». Российская действительность повергала его в чувство «безвыходного горя и отчаяния».

А как теперь ограбленному и униженному народу следует воспринимать памятники разрушителю исторической России Ельцину, да и царю, создавшему предпосылки к катастрофе страны начала XX века?

И не символично ли, что после церемонии открытия памятника Александру III в Гатчине обнаружилось — орден Андрея Первозванного на груди царя оказался в виде шестиконечной, а не восьмиконечной звезды? Такая вот «печать царя Соломона» на «разумном консерватизме».

Увы! История действительно мало чему учит. Особенно тех, кто не спешит усваивать её уроки. Близкий к Кремлю политолог С.А.Марков в своём угодливом суждении не столь давно превзошёл самого спикера Госдумы, заявив, что произнесённая на Валдайском форуме «речь Путина… Это речь философа на троне … Платон ещё мечтал об этом. И вот он есть, философ на троне…». Очевидно, что «консерваторы», а вместе с ними и «либералы», не обучаемы. Беда, что история наказывает вместе с ними и целые народы.

А национальная идея у России была и есть. Имя ей — СОЦИАЛИЗМ. С этой идеей страна обрела могучее государство — Советский Союз. Четверти века хватило, чтобы СССР стал второй державой планеты, в которой для всего населения стало доступным бесплатное образование, здравоохранение, достижения культуры. Разгромив в тяжелейшей войне фашизированную Европу, Советский Союз за десятилетие не только восстановил и значительно превзошёл довоенный уровень производства, решил целый комплекс социальных задач по достижению более высокого уровня жизни граждан страны, но и вышел на иной технологический уровень, что позволило во многом опередить ведущие капиталистические страны. И союзники у СССР были, помимо мощных Советской Армии и ВМФ. Не было безработицы. Была и подлинная дружба народов, которые полагали себя братьями в большой и дружной семье. В Кремле и на Охотном ряду этой настоящей национальной идеи для народа не приемлют. Им ближе «разумный консерватизм», обогащающий узкий круг господ, возомнивших себя «элитой» России. Но это путь к окончательной катастрофе. Прав был Сталин, когда отвечал на вопрос: «Чего хотят капиталисты? Торжества интересов своего кошелька, хотя бы ценой гибели России — вот чего хотят они». (Сталин И.В. Соч. Т. 3. С. 192).

 


Версия для печати
Назад к оглавлению