В.Н.Попов (Волгоград). Французская коммунистическая партия в борьбе за единство левых, патриотических и антифашистских сил.

В.Н.Попов (Волгоград). Французская коммунистическая партия в борьбе за единство левых, патриотических и антифашистских сил.
Актуальный опыт истории

Конец 20-х — первая половина 30-х годов ХХ столетия явились своеобразным рубежом в развитии капиталистического мира: в борьбе за выход из мирового экономического кризиса столкнулись две непримиримые силы — крайне правые, реакционные круги монополистического капитализма, взявшие курс на установление террористических фашистских диктатур, и самые широкие народные массы, полные решимости преградить путь фашизму, отстоять, укрепить и обновить демократические устои общества. Ядром демократических сил выступал рабочий класс, возглавляемый своими политическими партиями — коммунистами и социал-демократами. От исхода этой схватки в значительной мере зависели судьбы демократии и социального прогресса, судьбы войны и мира в межгосударственных отношениях.

Решающей силой антифашистской борьбы стал Народный фронт. Его основу составляло единство действий рабочего класса, прежде всего коммунистических и социал-демократических партий. На ход борьбы сил демократии и мира против фашизма и войны заметное влияние оказывал Советский Союз, его внутренняя и внешняя политика.

Инициаторами создания единого рабочего и широкого Народного фронта против фашизма и войны выступили коммунистические партии.

80 лет тому назад во Франции произошли события, которым было суждено сыграть непреходящую историческую роль в мировом рабочем и освободительном движении.

Франция, как одна из держав-победительниц в Первой мировой войне, с большим трудом выходила из мирового экономического кризиса, который охватил её позже других стран, носил более затяжной, хотя и менее разрушительный характер. Роль своеобразного амортизатора здесь в значительной степени сыграли германские репарационные платежи, поступавшие Франции по условиям Версальского мирного договора.

Кризис нанёс весьма ощутимый урон социально-экономическому положению многочисленных слоёв мелких собственников в лице самых широких крестьянских масс, городских мелких и средних собственников, лицам интеллектуального труда так называемых свободных профессий. Особые разрушительные последствия кризис обрушил на рабочий класс. Погрязшие в коррупции органы государственной власти и местного управления оказались не в состоянии минимизировать разрушительную силу кризиса для большинства французского населения, вызвав растущее недовольство народных масс своей неспособностью и неумением управлять страной. Всё это вылилось в нарастание скептического отношения и недоверия к институтам французской буржуазной демократии.

Неудивительно, что во Франции, так же как и в ряде других стран Запада, стали усиливаться позиции тех политических сил, которые полагали, что демократические институты исчерпали свои возможности как явно устаревшие и должны быть отброшены. Эти идеи в стране пропагандировал ряд фашистских организаций, крупнейшими из которых были «Аксьон франсез» и «Боевые кресты». Влияние этих организаций в массах быстро росло, у них было немало приверженцев в правящих кругах, в армии, полиции.

Однако во Франции, стране «старого капитализма», с демократическими традициями и устойчивой системой социальной психологии, сложившейся в ходе длительной эволюционной модернизации общества, фашизм не имел таких глубоких исторических предпосылок как, скажем в Германии и Италии. Французский фашизм располагал гораздо меньшей социальной базой, его отличали политическая раздробленность, идейная аморфность и отсутствие ярких лидеров. Главной опорой французского фашизма были мелкобуржуазные слои и деклассированные элементы. В политической ориентации французского фашизма преобладали клерикально-монархические, милитаристские и националистические элементы. По причине своей внутренней слабости французский фашизм не мог претендовать на самостоятельную политическую роль. Однако в условиях экономической и политической неустойчивости французская правящая финансово-промышленная верхушка намеревалась использовать фашистское движение для наступления на демократические права и свободы для укрепления своих властных позиций в государстве.

Фашистские организации, отмечал руководитель французских коммунистов Морис Торез, «добиваются внедрения фашизма во Франции, ликвидации демократических свобод, подавления пролетариата, установления террористической кровавой диктатуры по образцу диктатуры Муссолини и Гитлера» (Торез М. Современная Франция и Народный фронт / Перевод с французского О.Шаргородской. — М., 1937. С. 82—83).

Фашистские организации развернули тотальную критику существовавшей власти и всего режима Третьей республики. В начале 1933 года они стали регулярно проводить в крупнейших городах Франции демонстрации под лозунгом «Долой воров!». К концу января 1934 года фашисты добились отставки правительства К.Шотана. Однако это привело к совсем не тем итогам, которых ожидали организаторы манифестаций: правительство возглавил правый радикал-социалист Э.Даладье, которого яростно ненавидели фашисты. Одним из его первых шагов стало смещение с должности префекта полиции Кьяппа, известного своими симпатиями к фашистам.

В феврале 1934 года республиканская Франция оказалась перед лицом тяжёых испытаний. Фашистские активисты предприняли открытую попытку свержения правительства и захвата власти: 6 февраля 1934 года фашистские лиги двинулись на штурм Бурбонского дворца, где заседал французский парламент, намереваясь разогнать его. В штурме дворца участвовало более 40 тыс. фашистских активистов. Начались столкновения с полицией, в ходе которых 17 человек было убито и более 2 тыс. ранено. Фашистам не удалось захватить дворец, но неугодное им правительство пало. Новое правительство возглавил правый радикал Г.Думерг. В состав кабинета вошли представители крайне правых сил республиканской Франции. В политическом спектре страны произошла подвижка сил в пользу правых. Над страной реально нависла угроза установления фашистского режима.

Дерзкая вылазка фашистов всколыхнула всю Францию. На следующий день Французская компартия опубликовала воззвание, в котором призвала все организации рабочего класса, прежде всего социалистическую партию и реформистские профсоюзы, к организации массовых протестных акций в защиту пролетариата и демократических завоеваний трудящихся (см.: L’Humanite, 1934, 7 febrier). Одновременно французские коммунисты призвали провести 9 февраля всеобщую политическую стачку и демонстрации протеста против фашистской угрозы. Однако руководство французских социалистов, мотивируя слишком ограниченным сроком времени для подготовки таких массовых мероприятий, предложило провести массовые антифашистские мероприятия 12 февраля. После непродолжительной, но довольно острой полемики, французские коммунисты согласились с предложением социалистов.

Тем не менее, несмотря на запрет правительства, 9 февраля в Париже и других городах страны компартия провела массовые демонстрации трудящихся. В столице в них приняло участие около 50 тыс. человек, причём в рядах демонстрантов коммунисты шли вместе с социалистами. В период с 9 по 12 февраля по всей стране прокатилась волна массовых антифашистских выступлений, в которых участвовало около 5 млн. человек, среди них были не только коммунисты, но и социалисты, беспартийные. Масштабы этой акции оказали заметное влияние на всю политическую жизнь Франции.

12 февраля 1934 года состоялась всеобщая политическая забастовка и массовые манифестации трудящихся под антифашистскими и демократическими лозунгами. В забастовке участвовало свыше 4 млн. человек. История французского рабочего движения не знала столь массового и единодушного выступления пролетариата. Французские трудящиеся дали твёрдый отпор наступлению фашизма, показав жизненность и эффективность единства действий. Оценивая события 12 февраля, М.Торез писал: «Поистине — это Франция труда, Франция малого люда, честных людей вышла в поход против фашизма, против нищеты, против войны. Нет, здесь не быть тому, что случилось в Италии и Германии» (Торез М. Современная Франция и Народный фронт... С. 95).

«Историческое значение февральских выступлений трудящихся было огромно. Был отбит натиск фашизма и сорван его замысел добиться консолидации сил внутренней реакции. Потерпели провал планы международных империалистических кругов привести Францию в лагерь фашистских держав и сделать её оплотом в борьбе с СССР, „большевизмом”. В ходе массовых выступлений окрепло единство рабочих рядов, были разрушены многие перегородки, разделявшие демократов и антифашистов разной партийной принадлежности. Февральские события послужили отправной точкой для могучего движения Народного фронта. Пример французского пролетариата дал новый импульс международному рабочему движению» (Международное рабочее движение: Вопросы истории и теории. Т. 5. Созидатель социализма, борец против Фашизма / Редкол.: С.С.Салычев (отв.ред.) и др.; Введ. Б.Н.Пономарева. — М., 1981. С. 303).

Забастовка 12 февраля сломала лед недоверия между коммунистами и социалистами, послужила мощным толчком к дальнейшему сотрудничеству. Очень большую роль в достижении единства рядов рабочего класса, в сплочении всех левых, антифашистских сил сыграл лидер французских коммунистов Морис Торез. Опираясь на глубокий анализ сложившегося положения в стране и мире в целом, М.Торез и его сторонники сумели убедить большинство членов партии и руководство Коминтерна в необходимости отказа от сложившихся стереотипов в теории и практике коммунистического движения как не соответствующих реалиям современного развития. Речь шла об отказе от лозунга «Вся власть Советам!», предлагалось, не отказываясь от конечной цели борьбы, сосредоточить все усилия на реализации непосредственных, текущих требований широких народных масс, выступить на защиту буржуазной демократии. В тактике борьбы за единство рабочего класса необходимо было отойти от требований 1920-х годов — оторвать большинство рабочего класса от реформистских социалистических и профсоюзных лидеров. Актуальной становилась задача отказа от лозунга «социал-фашизма», запущенного в обиход Зиновьевым и Бухариным и широко растиражированного их сторонниками и последователями.

В вопросах борьбы за демократию и мир против фашизма и войны важным инструментом общения становился политический диалог равноправных партнеров.

Сторонники нового курса в коммунистическом движении полагали, что единство действий рабочих партий будет направлено против фашизма, против наступления капитала и угрозы войны, что не противоречило целям социал-демократических партий. Политика единого фронта с социал-демократией не исключала борьбы против идеологии и практики классового сотрудничества с буржуазией, работы по коммунистическому просвещению и мобилизации масс. Теперь она должна подчиняться интересам борьбы за демократию и мир, против фашизма и войны.

Переход к новой стратегии и тактике в коммунистическом движении протекал отнюдь не безболезненно, был не свободен от рецидивов прошлого. В эти напряжённые месяцы борьбы один из лидеров французских коммунистов Жак Дорио возглавил кампанию за установление единого фронта сверху, непосредственно только с руководителями социалистов. В то же время имелась довольно влиятельная группа активистов, выступавших за единство рабочего класса с левосектантских позиций, исключавших из политического диалога правых реформистских руководителей социалистической партии и профсоюзов.

Однако Французская компартия во главе с М.Торезом преодолевала сопротивление доктринерских и сектантских элементов в своих рядах и приступила к разработке широкого антифашистского блока.

Глубокие сдвиги произошли во Французской социалистической партии (СФИО). Внутри партии заметно усилились позиции левого крыла во главе с Жаном Жиромским, которое выступало за незамедлительное установление сотрудничества с компартией. В мае 1934 года на съезде СФИО в Тулоне за предложение крайне левого крыла партии — Комитета действий социалистических революционеров — направить в Москву делегацию для переговоров с Коминтерном о сотрудничестве проголосовала почти третья часть делегатов съезда. Однако в партии сильные позиции занимало правое крыло во главе с реформистами Фроссаром, Марисом Дорма и Соломоном Грумбахом, которое стояло на непримиримых позициях противников сотрудничества с коммунистами.

Как отмечал лидер СФИО левоцентристского толка Леон Блюм предложение коммунистов о создании единого фронта с социалистами первоначально было встречено «со смешанным чувством воодушевления, неуверенности и беспокойства» (см.: Braunthal Julius. Geschichte der Internationale. Bd. 2. — Berlin, Bonn, 1978. S. 449).

Однако перед лицом нараставшей фашистской угрозы Л.Блюм заявил, что его сторонники намерены сделать всё, чтобы «как на парламентском, так и на других уровнях закрыть дорогу яростному наступлению реакции» (см.: Салычев С.С. «Французская социалистическая партия в период между двумя мировыми войнами. 1921—1940» — М., 1973. С. 269).

В ответ на предложение коммунистов о сотрудничестве Л.Блюм писал в начале июля 1934 года: «Во весь голос заявлено о стремлении достичь соглашения. Возможно ли в сложившейся обстановке ответить ей (ФКП. — В.П.) отказом? Возможно ли непризнание стихийного стремления к единству, исходящего от народных масс? Что касается меня, я считаю такую позицию невозможной» (см. : Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории. Т. 5. Созидатель социализма, борец против фашизма... С. 305).

11 июля 1934 года между представителями ФКП и СФИО начались официальные переговоры, которые завершились 27 июля 1934 года подписанием Пакта о единстве действий ФКП и СФИО, предусматривавшего совместные действия партий в борьбе против опасности фашизма и войны.

Достигнутое соглашение означало важную победу компартии, крупный успех её политики единого рабочего фронта. Оно явилось знаменательной вехой в развитии широкого антифашистского и антивоенного движения французских трудящихся: «Предоставляя полную свободу инициативе рабочего класса и сохраняя независимость каждой партии, пакт единства действий коммунистов и социалистов укрепил уверенность пролетариата в своих силах» (Histoire du Parti Communiste francais. — Paris, 1964, p. 76).

Соглашение было основано на известном компромиссе между партиями и их взаимных уступках. Так, например, Французская компартия в интересах достижения единства согласилась ограничить совместные действия только такими методами борьбы, которые были приемлемы и для социалистов. В частности, она сняла свое предложение развернуть стачечное движение против чрезвычайных законов, поскольку социалисты высказали возражение.

Как отмечал М.Торез, заслуга ФКП состояла в том, что «она поняла, что нужно делать сегодня, не послушалась сектантов, дергавших партию и мешавших осуществлению единого фронта борьбы против фашизма, а смело, по-большевистски, пактом о совместных действиях с социалистической партией подготовила единый фронт пролетариата» (Торез М. Избр. произвед. Т. I ... С. 157).

Энергично развернулась борьба за единство профсоюзного движения. Установились и умножились контакты между Всеобщей конфедерацией труда (ВКТ), ориентировавшейся на социалистическую партию, и Унитарной всеобщей конфедерацией трудящихся (УВКТ), руководимой коммунистами. Летом 1934 года стали образовываться единые отраслевые профсоюзы. В июле 1934 года после упорной борьбы было подписано соглашение о единстве действий между УВКТ и ВКТ. Достижение единства действий между двумя профцентрами резко повысило боевую активность французского рабочего класса. Если в 1931 году в стачках участвовало 48 тыс. человек, то в 1935-м число стачечников достигло 109 тыс. человек (см.: Морозов Г., Сабсович Р. Очерки истории профсоюзного движения во Франции. — М.,1961. С. 105).

Коммунисты делали всё возможное, чтобы вовлечь в борьбу самые широкие слои народа, обращая внимание на те его слои, которые ещё стояли в стороне от антифашистской борьбы.

В октябре 1934 года компартия предложила привлечь к пакту о единстве действий новые силы и создать «против фронта реакции и фашизма Народный фронт свободы, труда и мира» (Торез М. Современная Франция и Народный фронт... С. 101). Коммунисты выступили с инициативой незамедлительно начать создание низовых комитетов Народного фронта, широко привлекая к ним демократов без различия партийной принадлежности, при одновременном установлении контактов с руководством крупнейших политических организаций мелкобуржуазных слоев.

В этом плане особый интерес представляло установление сотрудничества с партией радикалов и радикал-социалистов. Эта партия на самом деле не была ни радикальной, ни социалистической. Ее девиз: «ни реакции, ни революции». Её социальную базу составляли разнородные мелкобуржуазные слои (крестьянские массы, мелкие предприниматели, самостоятельные ремесленники и частично рабочие, занятые на мелких и средних предприятиях). Несмотря на сопротивление правых во главе с Камилем Шатеном, руководство партии, которое возглавлял Эдуард Деладье, пошло на сотрудничество с коммунистами и другими демократами в рамках создаваемого Народного фронта.

В ходе борьбы за объединение всех демократических, антифашистских и антивоенных сил был создан общенациональный антивоенный и антифашистский комитет, который организовал 1 400 местных комитетов. Приступили к работе Женский национальный комитет борьбы против фашизма и войны, Комитет бдительности антифашистской интеллигенции (около 6 тыс. человек). В Тулузе начал действовать комитет помощи жертвам испанского фашизма. Делегаты учредительного конгресса этого комитета представляли трехсоттысячную армию антифашистов. Было достигнуто соглашение относительно совместных действий Всеобщей конфедерации крестьян, примыкавшей к компартии, и Национальной конфедерации крестьян, шедшей за социалистической партией (см.: Коммунистический Интернационал. 1935. № 20. С. 33).

Большую роль в сплочении здоровых сил нации сыграло антифашистское и антивоенное движение «Амстердам-Плейель», созданное в 1932—1933 годах выдающимися писателями и общественными деятелями Роменом Ролланом и Анри Барбюсом и поддержанное Французской компартией. Уже к февралю 1934 года в стране действовало 650 местных комитетов этого движения.

Все эти факты свидетельствовали о том, что стремление к единству действий против общей опасности стало господствующим фактором политической жизни Франции. Глубоко продумывая вопрос о том, какие социальные и классовые слои необходимо мобилизовать для нанесения поражения фашизму, коммунисты пришли к идее широкого общедемократического антифашистского фронта. 24 октября 1934 года М.Торез от имени ЦК ФКП предложил образовать «Народный фронт борьбы за хлеб, свободу и мир».

Огромное мобилизующее значение идеи Народного фронта было, однако, далеко не сразу понято и принято в международном коммунистическом движении и в Коммунистическом Интернационале. Против линии М.Тореза в ФКП выступил ряд коммунистических функционеров, стоявших на догматических и сектантских позициях. Крайне левацкие элементы в Коминтерне даже требовали отстранения М.Тореза и его сторонников от руководства партией, обвиняя их в измене делу рабочего класса, делу борьбы за социализм. Политический курс М.Тореза, его новый подход к стратегии и тактике компартии решительно поддержал И.В.Сталин. В защиту Тореза выступили такие видные деятели международного коммунистического движения, как Г.Димитров, П.Тольятти, Д.Ибаррури.

Французская компартия проявила идейно-политическую зрелость и, будучи уверенной в правильности намеченной ею политической линии, решительно встала на путь мобилизации широких народных масс на борьбу против фашизма и войны, в защиту демократии и мира (см.: Дюкло Ж. В кн.: 30-летие VII конгресса Коминтерна. Материалы международной встречи в Праге. — Прага, 1966. С. 79).

«Чтобы побить фашизм, — писал М.Торез, — мы должны создать под гегемонией пролетариата самый широкий фронт всех трудящихся, всех обездоленных, всех тех, кто поражен кризисом, кого подстерегают нищета и разорение. Мы должны действовать так, чтобы организованный по всей стране Антифашистский фронт рабочего класса и средних слоев мог приступить к действиям на основе программы требований, отвечающих непосредственным нуждам трудящихся масс» (Коммунистический Интернационал. 1935. № 4. С. 24).

Реализацию нового курса ФКП взяло на себя руководящее ядро, в состав которого вошли Морис Торез, Жак Дюкло, Жорж Коньо, Раймон Гийо, Люсьен Констан. Выдвинув идею Народного фронта, французские коммунисты сознавали, что, поскольку она обращена не только к передовой, организованной части рабочего класса, но и к широчайшим массам трудящихся, для действительного создания такого фронта недостаточно ограничиваться одной лишь критикой правительства и реформистских организаций, провозглашением общих революционных призывов, которые не всегда находят отклик в массах. Для этого необходимо разработать и предложить массам конкретную программу позитивных требований переходного, частичного характера, которые созвучны насущным жизненным интересам этих масс и за которые эти массы готовы бороться.

Обсуждение согласованных программ единых действий проходило на всех уровнях: на предприятиях, в городах и сельской местности, на уровне кантонов и в национальном масштабе. Главным инструментом достижения взаимопонимания служил политический диалог, искусство которого состояло в умении слушать друг друга, находить точки соприкосновения партнеров диалога и приходить к принятию взаимно согласованных требований. Обсуждение единых программных установок протекало не только в парламентских формах, но и сопровождалось практически постоянными внепарламентскими выступлениями населения. При этом компартия руководствовалась ленинским положением о том, что «сила революционного пролетариата, с точки зрения воздействия на массы и увлечения их на борьбу, несравненно больше во внепарламентской борьбе, чем в борьбе парламентской» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34. С. 219).

Деятельность компартии вскоре принесла свои плоды. В ноябре 1934 года правительство Думерга ушло в отставку. После этого последовал крупный успех левых партий на муниципальных выборах весной 1935 года и падение двух правоцентристских кабинетов (Фландена и Буиссона). Сдвиг влево вынудил французское правительство пойти на подписание 2 мая 1935 года франко-советского договора о взаимной помощи.

Успех коммунистов за объединение всех левых демократических сил не мог пройти мимо внимания буржуазии. «Коммунисты, — писала 27 июня 1935 года буржуазная газета „Репюблик”, — с каждым днем совершенствуют свою тактику. Она проста, но обладает, бесспорно, силой притяжения. Они (коммунисты) систематически опираются на недовольных. Только явится где-нибудь недовольный, как уже к нему бросаются со всех ног: „Товарищ! Коммунисты за тебя!”. Коснутся ли чрезвычайные декреты участников мировой войны, как уже: „Товарищи, коммунисты за вас!”. Коснётся ли дело служащих или чиновников — опять коммунисты тут как тут… Коммунисты всюду. Они — и за фермеров, и за испольщиков, и за крестьян вообще, и за квартиронанимателей. А так как вся Франция недовольна, то они ходатаи всей страны» (см.: Коммунистический Интернационал. 1935. № 5. С. 11).

Один из буржуазных публицистов отмечал в те дни, что коммунисты «только теперь становятся настоящими сторонниками Ленина. До сих пор они только повторяли фразы Ленина, теперь они постигли истинный смысл ленинских формулировок и сумели пересадить их в обстановку борьбы во Франции» (Коммунистический Интернационал. 1935. № 4. С. 30).

Внепарламентские выступления трудящихся под антифашистскими и антивоенными лозунгами, в ходе которых ещё более окрепло сотрудничество коммунистов, социалистов, радикалов и других демократических организаций, отличались необычайными размахом и организованностью. В парламенте оформился блок демократических партий — ФКП, СФИО, группы «пролетарского единства», республиканско-социалистического союза, радикалов и «независимых левых» (см.: Международное рабочее движение: Вопросы истории и теории. Т. 5. Созидатель социализма, борец против фашизма. С. 306).

Окончательно антифашистский Народный фронт сложился в ходе грандиозных массовых манифестаций в защиту республики 14 июля 1935 года. В этот день в одном только Париже 500 тыс. демонстрантов дали клятву, что будут «оставаться сплоченными в целях разоружения и роспуска фашистских лиг, защиты и расширения демократических свобод и обеспечения мира» (L’Humanite, 1935, 15 juillet). Единый Народный фронт во Франции стал политической реальностью.

Главный успех дня 14 июля 1935 года состоял в том, что компартия добилась поставленной цели — соединения в сознании широких масс идей политической демократии, патриотических чувств, с одной стороны, и социальной справедливости, интернационализма — с другой (см.: Рубинский Ю.И. Тревожные годы Франции. — М., 1973. С. 306).

Касаясь характера Народного фронта, М.Торез отмечал: «Народный фронт — это не парламентская коалиция. Это движение народных масс, объединившихся в борьбе за хлеб, свободу и мир, которое находит своё выражение в области законодательной и исполнительной власти» (Торез М. Избр. произвед. Т. I ... С. 208).

В январе 1936 года была опубликована программа Народного фронта, в основе которой лежал проект, разработанный компартией. Всего в подготовке согласованного текста программы участвовало 98 организаций. Программа содержала политические и экономические требования, которые носили не социалистический, а общедемократический характер. Программа требовала политической амнистии, роспуска и разоружения фашистских лиг, национализации военной промышленности и контроля над крупными банками, введения сорокачасовой рабочей недели и увеличения пособий по безработице, помощи крестьянам и т. д. (см.: Торез М. Современная Франция и Народный фронт... С. 111—115).

Проверкой эффективности нового объединения стали парламентские выборы, проходившие в апреле 1936 года. Кандидаты Народного фронта одержали убедительную победу: они получили 57% голосов избирателей и 375 депутатских мест из 610 (в том числе СФИО — 146, радикалы — 116, ФКП — 72) (см.: Новейшая история зарубежных стран Европы и Америки. ХХ век. Учеб. для студ. высш. учеб. заведений в 2 частях / Под ред. А.М. Родригеса и М.В. Пономарева — М., 2001. С. 245). Формирование правительства было поручено лидеру парламентской фракции социалистов Леону Блюму, который сформировал правительство 4 июня 1936 года. В течение июня 1936-го — февраля 1937 года правительство Л.Блюма осуществило ряд требований программы Народного фронта, которые существенно улучшили социальное положение широких трудящихся масс и укрепили демократические права и свободы в республиканской Франции.

7 июня 1936 года в Матиньонском дворце, резиденции премьер-министра, между профсоюзами и Всеобщей конфедерацией предпринимателей было заключено соглашение, предусматривавшее значительное повышение заработной платы рабочим, признание прав профсоюзов, делавшее договоры обязательными для всех предприятий, где этого требовали профсоюзы; правительство обязалось внести в парламент ряд законов о социальной защите трудящихся (так называемые «Матиньонские соглашения»).

В течение лета 1936 года левое большинство Национального Собрания приняло 133 закона, воплощавших в жизнь основные положения программы Народного фронта. К числу важнейших из них следует отнести закон о запрете деятельности фашистских лиг, а также серию социально-экономических законодательных актов: о 40-часовой рабочей неделе, об оплачиваемых ежегодных 14-дневных отпусках, о повышении минимума зарплаты, об организации общественных работ, об отсрочке платежей по долговым обязательствам для мелких предпринимателей и об их льготном кредитовании, о создании национального зернового бюро для закупки у крестьян зерна по твёрдым ценам.

В 1937 году была проведена налоговая реформа и были выделены дополнительные кредиты на развитие науки, образования, культуры. Под контроль государства был поставлен Французский банк, создано Национальное общество железных дорог со смешанным капиталом, в котором 51% акций принадлежал государству, и, наконец, национализирован ряд военных заводов.

«Народный фронт принёс рабочему классу и всему французскому народу такие завоевания, которых они не могли добиться долгие годы после Парижской Коммуны. Был нанесён сильнейший удар по фашистскому движению. Формирование правительства Народного фронта, проведение социальных и демократических реформ происходили в обстановке небывалой политической активности широчайших народных масс, которая ставила известные пределы экономической и политической власти буржуазии, обеспечивая и гарантируя общий прогресс в демократическом развитии» (Международное рабочее движение: Вопросы истории и теории. Т. 5. Созидатель социализма, борец против фашизма... С. 309).

В ходе борьбы за единый фронт развивалось политическое сознание рабочего класса. Это, прежде всего, выразилось в росте численности партий рабочего класса. Курс ФКП на всемерное развитие массового движения в защиту демократии и национальных интересов поддержали массы. Свидетельством этого был бурный рост рядов Французской компартии: в 1934 году в её рядах было 30 тыс. человек, а в 1937-м насчитывалось уже 341 тыс. членов (т. е. рост более чем в 11 раз!) (см.: Histoire du Parti Communiste Francais (manuel), р. 307, 343). Заметно возросла и численность СФИО: в 1935 году в её рядах состояло 120 тыс. членов, а к концу 1936-го численность поднялась до 202 тыс. членов (см.: Yearbook of the International Socialist labour movement).

Пакт о единстве действий ФКП и СФИО открыл путь для слияния профсоюзных центров. После длительных и настойчивых усилий сторонников единства 6 марта 1936 года удалось объединить ВКТ и УВКТ во Всеобщую конфедерацию труда Франции (ВКТФ), что привело к быстрому росту численности профсоюзов. Если к моменту объединения в обоих профсоюзных центрах состояло около 900 тыс. рабочих, то через год в объединённой ВКТФ насчитывалось уже 5 млн. человек (см.: Краткая энциклопедия международного профсоюзного движения. — М., 1963. С. 180).

Опираясь на тягу рабочего класса к единству своих профессиональных рядов, ФКП выступила с инициативой создания единой политической партии рабочего класса. Уже 24 ноября 1934 года ЦК ФКП поставил перед руководством СФИО вопрос о единой партии. В марте 1935 года коммунисты предложили социалистам проводить собрания первичных организаций совместно. К лету 1935 года ФКП разработала и сообщила СФИО проект хартии единства двух партий и высказалась за проведение широкой дискуссии (см.: Торез М. Современная Франция и Народный фронт... С. 119—126). При этом французские коммунисты исходили из следующих принципов. Объединённая партия рабочего класса должна решительно заявить о полной независимости от буржуазии, не вступать ни в какие соглашения с империалистическими кругами, признавать необходимость насильственного свержения власти буржуазии и установления диктатуры пролетариата (см.: Торез М. Избр. произвед. Т. I ... С. 160). Однако руководство СФИО отклонило предложение компартии главным образам по идеологическим соображениям. Проанализировав сложившиеся условия, ЦК ФКП снял этот вопрос с повестки дня, дабы не осложнять процесс формирования единого Народного фронта.

С весны 1937-го вплоть до осени 1938 года происходил спад движения Народного фронта. В этот период его правительства постепенно свёртывали осуществление дальнейших требований программы Народного фронта. Причины распада Народного фронта многоплановы. Прежде всего сказалась определённая «усталость» народных масс, особенно городских средних слоёв и сельского населения. Эти мелкобуржуазные слои довольствовались проведёнными социально-экономическими и политическими реформами, ослабив своё давление на правительственные круги массовыми внепарламентскими выступлениями. С лета 1937 года особенно резко активизировались противники Народного фронта, направляемые крупным финансово-промышленным капиталом. Их противоборство с Народным фронтом протекало в условиях усложнения международной обстановки накануне Второй мировой войны, гражданской войны и итало-германской интервенции в Испании. Разногласия по этим вопросам между партиями Народного фронта усложняли его деятельность. Л.Блюм был одним из творцов печально знаменитой политики «невмешательства», позволившей фашистской Германии и Италии организовать интервенцию против Испанской республики. Это вызвало резкую критику со стороны коммунистов и представителей антифашистской демократической общественности. Противоречия внутри Народного фронта углубились и в связи с разным пониманием экономической политики правительства.

В этой обстановке руководство ФКП обратилось с призывом расширить Народный фронт и образовать Французский фронт, который смог бы объединить всех защитников национальных интересов. Выдвинутый лозунг позволял соединить «пролетарский интернационализм с защитой демократии и национальных интересов, которым угрожал гитлеровский фашизм» (Histoire du Parti Сommuniste Francais (manuel), p. 328).

Летом 1937 года Французская компартия выступила за созыв Национального конгресса комитетов Народного фронта, одна из задач которого заключалась в том, чтобы «обеспечить правительству поддержку масс в борьбе против 200 семей» (там же, р. 336).

Однако призыв коммунистов расширить и укрепить Народный фронт путём вовлечения в него всех патриотических сил и создания системы низовых комитетов не был поддержан руководителями социалистов и радикалов.

Большинство руководства ФКП, кроме Мориса Тореза, отказалось от непосредственного участия коммунистов в правительстве Народного фронта, опасаясь «растворения» партии в правящей демократической коалиции. Это привело к существенному ослаблению внутреннего единства Народного фронта и сузило его политическую базу. В итоге правительства оказались недостаточно решительными и настойчивыми в реализации совместной программы, постоянно проявляли колебания и непоследовательность.

К осени 1938 года Народный фронт окончательно распался. Его распадом воспользовались правые силы, деятельность которых заметно активизировалась в политической жизни страны.

Основной причиной распада Народного фронта являлись глубокие идеологические разногласия между его участниками. Наглядным выражением этого стали попытки эклектичного сочетания жёстких антикризисных мер и социально ориентированных реформ. Более или менее последовательная реализация любой из этих задач неизбежно вызывала протест сторонников противоположного направления и приближала коалицию к распаду. Участники Народного фронта по-разному представляли себе приоритетные формы политической деятельности. Народный фронт так и не стал основой массового общественно-политического движения, как это предполагали коммунисты. Он не превратился в гибкую парламентскую коалицию, на что рассчитывали социалисты и радикалы. Негативное значение для судьбы Народного фронта имел внешнеполитический кризис, в состоянии которого Франция оказалась во второй половине 30-х годов ХХ столетия.

Формирование и деятельность Народного фронта во Франции получили широкий отклик в странах, столкнувшихся с наступлением фашизма и ростом военной опасности, в частности в Испании и Чили.

Народный фронт в Испании, созданный в период национально-революционной войны в 1936—1939 годах, по словам руководителя Испанской компартии Долорес Ибаррури, «был более широкой организацией… он являл собой классический пример, подтверждающий революционное значение единства всех демократических слоев» (Коминтерн и его революционные традиции. — М., 1969. С. 61).

В 1935—1941 годах Народный фронт в Чили, ведущей силой которого была компартия, сумел привести к власти своё правительство, которому удалось осуществить ряд общедемократических преобразований в интересах широких трудящихся масс. Однако под напором реакции он должен был уступить свои позиции, доказав своей деятельностью огромные возможности единых действий широких народных масс во главе с рабочим классом.

Опыт борьбы ФКП за единый Народный фронт сыграл важную роль в разработке коммунистическим движением в годы Второй мировой войны политики антифашистских, антиимпериалистических, национальных фронтов, основы которой заложил VII конгресс Коминтерна (1935 г.). Созданные в это время единые антифашистские национальные фронты сыграли выдающуюся роль в развёртывании движения Сопротивления против гитлеровского фашизма и его союзников.

Основные теоретические и политические постулаты, организационные принципы, приёмы и методы борьбы коммунистов, применённые в 30-40-х годах ХХ века для объединения всех демократических сил в интересах торжества мира, демократии и социализма, сохраняют свою актуальность и в наши дни.

Версия для печати
Назад к оглавлению