Гроздья пролетарского гнева

23 Ноября 2018 RSS лента
Гроздья пролетарского гнева Автор: Виктор Трушков

Лето уходящего года отличалось небывалой социальной активностью класса наёмных эксплуатируемых работников физического и умственного труда. Иначе говоря, пролетариата. В этом подъёме было две составляющие: трудовые протесты, отражавшие перерастание всеобщего недовольства трудовой России во вспышки локальных конфликтов разной остроты, и тотальное негодование пролетариата (по данным Росстата, наёмные эксплуатируемые работники составляют 87% занятого населения страны) кремлёвско-«белодомовской» пенсионной «реформой». Их не удалось соединить в единый процесс сопротивления капиталу, да и, похоже, у организаторов акций не было такого стремления.

Характеристику трудовых конфликтов регулярно публикует Центр социально-трудовых прав (ЦСТП). Недавно он подвёл итоги трудовых протестов в стране за восемь месяцев. Результатом исследования, систематически проводимого под руководством ведущего специалиста Центра П. Бизюкова, стала весьма выразительная картина. Спад протестной активности, достигший низшей точки с начала XXI столетия, пришёлся на март. И это не случайно: шёл месяц президентских выборов. Официальные профсоюзы усердно демонстрировали верноподданническое отношение к В.В. Путину, политические партии сосредоточенно занимались избирательной кампанией. Трудящиеся же, не замечая на горизонте «буйных», откладывали протест на более подходящее будущее. Уже в апреле трудовые протесты выросли по сравнению с мартом в полтора раза, а стоп-акций случилось столько же, сколько в феврале и марте вместе взятых.

Первый в этом году апрельский пик протеста пролетарии не сумели удержать, хотя напряжённость противостояния выросла. П. Бизюков так оценивал ситуацию макушки лета: «В июле 2018 года зафиксировано 10 стоп-акций, в ходе которых полностью или частично останавливалась работа. Если общее количество протестов уменьшилось, то стоп-акций стало на 11% больше, чем в прошлом месяце, и ровно столько же, как в минувшем году.

Догадливый читатель уже сообразил, что стоп-акции — это современный литературный псевдоним стачек: Трудовой кодекс РФ написан так, что то, что в нём называется забастовкой, провести невозможно, а слово «стачка» — из арсенала пролетарской борьбы, которую у нас всё ещё называют «протестным движением».

Что касается оценки августовской ситуации, данной Центром социально-трудовых прав, то с ней едва ли можно согласиться. Со счетоводческой точки зрения ЦСТП, конечно, прав: в августе 2018-го протестных акций было на 13% меньше, чем в этом же месяце прошлого года. Но в августе-18 наёмные, эксплуатируемые работники России сосредоточились на сопротивлении не локальным и сиюминутным наглостям капитала, а на протесте стратегическом и долгосрочного действия. Пенсионная «реформа» была показателем ненависти капитала и обслуживающей его интересы власти к людям труда. И наёмные работники как физического, так и умственного труда это хорошо поняли. Об остроте их сопротивления человеконенавистнической «реформе» говорит уже то, что Российская гвардия (может, точнее: жандармерия?) и полиция задержали 1300 участников сопротивления, а 60 человек были арестованы.

Именно на август пришлось время массового гнева трудящихся, направленного против повышения возраста выхода на пенсию, против лживой аргументации власти и её прислужников, против циничного отношения президента В.В. Путина к трудовому народу, ярко проявившегося в его телеобращении. Третий квартал 2018 года отличался почти трёхкратным ростом числа протестных выступлений по сравнению с третьим кварталом 2017-го или с первым кварталом 2018 года.

Не исключено, что новый пик протеста будет в январе 2019 года, когда реально почувствуют себя униженными и угнетаемыми те, кто должен был выйти на пенсию, но вместо пенсии власть показала им комбинацию из трёх пальцев. Вероятно, они покажут ей в ответ увесистый кулак. Особенно если КПРФ возьмёт на себя роль организатора протеста.

Версия для печати

Назад к событиям