«Они боятся, что народ проснется»

23 Февраля 2012 RSS лента
«Они боятся, что народ проснется»

Наталья Семенец

Готовясь к Дню Советской Армии и Военно-Морского Флота, кандидат в президенты Геннадий Зюганов встречался с молодыми исполнителями, лауреатами всероссийских песенных конкурсов и музыкальных фестивалей. Встреча прошла 21 февраля в Москве, в Центральном доме литераторов. Пели песни советских лет под аккомпанемент Государственного академического русского народного ансамбля «Россия» им. Людмилы Зыкиной.

За кулисами, сразу после выступления, мы встретились с Надеждой Колесниковой. Она рассказала нам, почему эти великие песни так редко звучат по ТВ, зачем нам показывают Кадышеву, и кого из политиков считает настоящим «лучом света».

— Знаете, я, во время вашего выступления, не могла избавиться от мысли, что вы поете для меня и смотрите при этом на меня.

— Да нет, вам показалось (смеется). Хотя такое часто бывает, что после выступления подходят люди и говорят то же самое, что и вы. Это большой комплимент, я так считаю. А если говорить серьезно, то все дело в манере пения и в искренности исполнения. Вот я искренне пою, наверное, поэтому и создается такое ощущение «песни для вас».

— И все же такие концерты сейчас не особенно популярны, мало рекламы, люди не знают о них, ваши выступления не показывают по ТВ.

— А телеканалы уже давно саботирует наши выступления. Все просто: это не формат, как говорят на ТВ. Но это ошибочно. Людям как раз это нужно, они изголодались по хорошим песням, по настоящему вокалу. У нас сейчас не эстрада, а просто шум.

— Почему, на ваш взгляд, это происходит?

— Я думаю, это делается целенаправленно. Вспомните, в 90-е годы у нас произошел общий культурный спад. Профессионалы погибли, они сидели без работы. И вот на этом фоне выплыли люди, которые вообще не имели представления о пении, не имели музыкального образования. Что они могли дать людям? Только самодеятельность в плохом смысле этого слова. Такие как "Ласковый май" играли только на жалости. В итоге у нас целых два поколения уже выросло на низкопробной культуре.

А вот сейчас, когда начинаешь разговаривать с молодежью и петь им другие песни, военные, например, вы знаете как они откликаются. Сначала, конечно, идет отрицание, они ведь зомбированы, закодированы "некультурным" вокалом, но потом глаза начинают гореть, они начинают понимать разницу между хорошими песнями и самодеятельностью. У меня в последние годы очень стойкое ощущение, что нас специально хотят отвести от русской культуры, от хорошей песни. Специально показывают кадышевых, бабкиных. Но это уже не русская песня, это такая же низкопробная попса.

— А у нас есть, кому петь хорошие песни?

— Конечно! У нас море хороших специалистов, академических исполнителей. У нас их море, понимаете?! Просто им не дают вырваться, и, специально, что бы отвести молодежь от истинно русской культуры, дают низкопробную кадышеву – вот, кушайте. Это же заранее испорченный товар, а вы дайте высококачественный, дайте людей, которые знают, как это петь.

— Я вот как раз такой массовый потребитель, как и большая часть нашей страны. Что же мне делать?

— А вы почаще на такие концерты ходите. Знаете, здесь как раз и очищаются мозги и души. Это же у нас на подкорке. Генная память начинает срабатывать уже при первых аккордах, и мурашки идут о музыки, от текста поэтического, от исполнения. Вот у нас было несколько концертов при поддержке КПРФ. Так они по накалу, по патриотическому подъему имеют такую высокую концентрацию – каждой волосинкой чувствуешь гордость за Россию. В такие минуты думаешь: вот если бы этот концерт показать по телевидению, не Петросяна очередного, а такой вот концерт, то народ проснется. А они, нынешняя власть, как раз и боятся, что народ проснется.

— Мы уже заговорили о политике. На ваш взгляд, артисты имеют право принимать участие во всех этих политических играх, предвыборных кампаниях? Не должно ли искусство быть выше этого?

— Нет, что вы. Все мы люди своей страны. Я бы вот никогда не приняла участие в концерте в поддержку Жириновского, даже если бы мне миллион заплатили. Для меня это как оскорбление. Кто-то напротив, пойдет Прохорова подержит. Но для меня Зюганов – как свет сейчас, понимаете. Я знаю, что этот человек много сделал для подъема России, а не для ее уничтожения. Душа-то болит за то, что происходит сейчас, от того, что с телеэкранов льётся откровенная ложь. А так хотелось бы, чтобы Геннадию Андреевичу выпал шанс поднять Россию с колен, понимаете? Сейчас слова «за державу обидно», они для меня не «голые», они идут от сердца и от души. И артисты тоже переживают и становятся в центр политических событий.

— Давайте вернемся к сегодняшнему концерту. Здесь звучат только песни советских лет. А у вас, как у исполнителя, самые любимые песни – какие? Ведь советский период, с одной стороны, не однозначный, но с другой – это время расцвета культуры…

— Абсолютно верно. Это действительно был расцвет. Потому, что существовал очень жесткий отбор. Люди со средними данными не могли попасть на сцену, и это правильно было. В то же время существовало какое-то дворовое искусство, и это тоже было прекрасно. Ужасно то, что сейчас оно вышло на большую сцену. А по-настоящему талантливым людям, которых природа одарила и голосом, и актерским мастерством – им просто негде показаться. И то же самое вам скажут все мои коллеги-певицы.

А насчет советской песни – я сама защитила диссертацию по культурологии, именно по песням советского периода. Я очень люблю их. Там такая заложена консолидация народного духа, патриотизм бьет в каждом слове. В те годы мастерам давали возможность написать, выразить, исполнить. Все было на высочайшем уровне. А посмотрите, что сейчас. Все разрозненно, нет никакого объединяющего начала. Композиторы сидят поодиночке и говорят, что нет стихов хороших, поэты жалуются, что не с кем из композиторов работать, а певцы стонут – им петь нечего.

— И все же – ваша любимая песня?

— Все песни Дунаевского. А еще «Широка страна моя родная».


Фоторепортаж концерта молодых исполнителей, лауреатов всероссийских песенных конкурсов и фестивалей.


Версия для печати

Назад к событиям