Система государственного регулирования - основа возрождения производства

Система государственного регулирования - основа возрождения производства

Выступление заместителя председателя ЦК КПРФ, академика РАСХН В.И.Кашина на "круглом столе" в Государственной Думе 31 октября 2011 года

Уважаемые товарищи!

Я хочу коротко рассказать, что представляет собой наша промышленность сегодня. Что случилось с ней за последние 20 лет в поисках эффективных форм работы и хозяйственного управления, к которому нас вели так называемые «демократы». Все мы помним этих «академиков». Конечно, плохо не говорят о тех, кого нет. Но вспомним программу, которая называлась «500 дней». Те «неперспективные деревни» от Заславской до Шаталина, те необыкновенные проекты, связанные с действиями академика Петракова и многих других «товарищей», от Гаврилы Харитоновича Попова и т.д.

Все это привело к системам которые не только ничего не поправили в эффективном использовании того наработанного промышленного потенциала, но и в большей степени способствовало разрушению, развалу нашей экономики и нашего сельского хозяйства. Я, как человек не понаслышке знающий непосредственно производственный потенциал, его систему и методы управления, руководил, в том числе и всесоюзными коллективами, хочу сказать, что именно на взлете экономического развития была подстрелена та модель, которая сегодня проявляется во всем мире как эффективная. Обратите внимание, что не только в коммунистическом Китае или социалистическом Вьетнаме и других странах, которые работают через социальную систему хозяйствования.

Я хочу рассказать не только об Ипатьевском и Щекинском экспериментах, об отрядных методах работы и комплексных бригадах, об эффективном рабочем потенциале, которым обладала наша наука, локомотивом которой была оборонка, биологическая, химическая промышленность. Стремления на тех экспериментах, на тех отработанных моделях и дальше двигаться с приближением каждого труженика того или другого коллектива к управлению собственностью, а главное к ответственности за собственность, за ее состояние. Увеличение ее основных фондов, обновление и модернизацию через систему распределения социальных доходов.

Все это являлось уникальным достоянием нашей промышленности и науки и сельского хозяйства. Приведу пример из своей практики. Работая пять лет директором всесоюзной селекционной станции с коллективом 800 чел., мы, в начале 80-х годов сумели обеспечить зарплату по основным профессиям в среднем 710 руб. Директор, молодой ученый, получал тогда 900 руб. В это время генеральный секретарь получал 1200 руб. первый секретарь райкома 340 руб. Мы сумели построить жилье, крупные животноводческие помещения, обновили лабораторное оборудование, создавали сорта, производили тот элитный материал, который использовали все госхозы – и не только подмосковные, но и российские.

Я привожу этот пример потому, что даже в науке, в государственной собственности в системе НПО каждый человек, если была воля, воля профсоюзного комитета, партийного комитета, трудового коллектива, делал все для того чтобы ответственность за систему собственности была у каждого человека. Ярким примером было то, что когда мы начали работать на Щекинском эксперименте, люди жили в бараках, кровлю доставал рукой. А через три года поселок на 3500 чел., находящийся в болотистой местности стал цветником. У людей уже было благоустроенное жилье с полным комфортом. Молодежь уже не жила в бараках. Взрослое население жило в коттеджах, а молодежь шла в многоквартирные дома.

Кроме того, там была лучшая освещенная лыжная трасса, необыкновенные стадионы, где мы проводили всесоюзные соревнования по тому же футболу. Прекрасная социокультурная обстановка. Вот какое отношение, какие взлетные системы управления хозяйством были в нашей стране. И не случайно мы работали над коэффициентом сменности оборудования, над производительностью труда, над конкурентоспособностью наших предприятий, над тем, чем действительно занималась система промышленного и сельскохозяйственного производства в симбиозе. Отработаны шефские связи. Буквально недавно мне пришлось побывать на уникальных оборонных предприятиях, которые строились еще 60-х годах при Устинове. Это ракетостроение и авиастроение, здесь в Подмосковье. Это действительно уникальное предприятие, где при испытаниях нового самолета за 1 секунду снималось 1000 параметров.

Но когда за 20 лет ничего не только не модернизировано, а наоборот развалено. В том числе все то, что связано с кадровым обеспечением и оборудованием. Ничего не делается по развитию самых уникальных систем, от которых зависит не только наше стратегическая оборонная промышленность, но и наша национальная безопасность в целом. Это освоение космического пространства, все то, что связано с освоением мирового океана и нашей территории.

Мы сегодня категорически не согласны с тем постулатом, что советская модель хозяйственного управления была неэффективной. Тем более не согласны со слоганом «рынок все отрегулирует, он является главным двигателем нашей экономики». Додвигались! Мы сегодня с вами из 120000 приватизированных предприятий потеряли две трети. И процесс их деградации и разрушения продолжается. Власть сегодня через посылы венских школ не успокоиться на разрушении государственных предприятий. Тех островков бывшей экономики Советского Союза. Остатки советской державы не дают им покоя и не случайно замахнулись и на народные предприятия. А ведь именно эти предприятия в конкретных условиях показали, что именно им принадлежит будущее.

Если мы возьмем наш промышленный потенциал, то мы видим, что после его разрушения мы скатились до 3% ВВП в мировой экономике. А Советский Союз давал 20%. Именно столько сегодня дает США. А наукоемкое промышленное производство и производство сельскохозяйственной продукции? Она также упала в разы! Производительность и рентабельность даже в выдающихся отраслях сегодня скатывается на уровень 9-10%. Рядом со мной сидит Нина Григорьевна Веселова. Подмосковье отличалось уникальным на этом направлении потенциалом. Пятьдесят тысяч человек работало в легкой текстильной промышленности. Это третья отрасль в Подмосковье после оборонки и агропромышленного комплекса.

Сегодня в десять раз уничтожено производство. А теперь делается попытка добраться до тех предприятий, которые работают на оборонку в легкой промышленности. Те, которые производят волокно для бронежилетов, купола для парашютов различных спускаемых аппаратов и многое другое. Нам удалось спасти несколько фабрик. Геннадий Андреевич Зюганов выходил на выборы с этим вопросом, и коллективы поднялись. Эти уникальные предприятия сегодня, к сожалению, влачат свое существование.

Никто не говорит о таких структурных экономических показателях как коэффициент сменности оборудования, рентабельность, производительность труда. Речь идет даже не об этом. Как спасти людей, которые с отчаяния выходят на улицы? В том числе те, кто работает на оборонных предприятиях. Именно существующая модель показала свою разрушительность по отношению к промышленности. Мы недавно были во Фрязино. Что стало с нашей электронной промышленностью? Под эгидой того, что рынок что-то отрегулирует, растащили уникальное оборудование, в котором присутствуют драгоценные металлы, от платины до золота и серебра. Даже в этом плане те станки представляли ценность.

Целые отрасли станкостроения, особенно тяжелое станкостроение, находятся в упадке. Это те отрасли, которые создавали средства производства. Мы видим, в каком состоянии сегодня находится машиностроение в целом. Оно развалено и провалено. Так где те хваленые формы хозяйствования выше упомянутых академиков, которые нам обещали через 500 дней реализовать все, что связано с новой модернизацией и с «необыкновенными» условиями труда? А что насчет того, что каждый из нас будет хозяином этого управления? Мы ничего не видим в промышленности, ничего не видим и в других отраслях.

Возьмите, к примеру, агропромышленный комплекс. Ведь то, что мы вам сегодня показали это островки уникальной работы трудовых коллективов и наших прежних руководителей. А если говорить про сегодняшний день в целом, то это разоренная деревня: уничтожено 40000 крупных колхозов и совхозов. Ведь идеологи уничтожения крупного промышленного товарного производства на селе в лице Яковлева не случайно это делали. Он кричал, что разваливать надо колхозы и совхозы, поскольку они являются сутью общины на селе, рассадниками коллективного труда и социализма. Он не ошибался.

Это именно особенности территории нашей страны, в том числе и производства России, всего многонационального нашего народа, которые действительно основывались на коллективном труде. Сообща решали все вопросы, в том числе и большие промышленные и сельскохозяйственные и освоение труднодоступных мест. Это дело было правильным, обоснованным и системным. Я хочу сказать, что эти «благодетели» нашей новой России выбросили из севооборота 41000000 Га. пашни. Из 117 млн. Га. Выбросить 41 млн. Га.! И сегодня 30000 деревень стерто с лица земли. Нет техники, нет удобрений, нет государственной поддержки.

При «плохой» Советской власти мы считали, что 25% расходной части бюджета нужно направлять в агропромышленный комплекс. Он был локомотивом. Двенадцать министерств и ведомств были в этом заинтересованы! Здесь химики, биологи, машиностроители и просто строители. Не было ни одной системы, действующей внутри министерств или в отраслевом хозяйстве, которая не была заинтересована в получении соответствующих подрядов от агропромышленного комплекса. Один работник на селе создавал 5 рабочих мест в городе. Это все было нашим жизненным развитием. Заработная плата и социокультурной быт во многом зависел от системы промышленного производства. Средняя заработная плата по агропромышленному комплексу в 1991-ом году была не ниже, чем в промышленности.

Сегодня нищая промышленность. Человек, который в ней работает, получает около 11 - 12 тыс. руб. в среднем. На селе около 10 - 11 тыс. руб. Между тем при нынешней системе управления доход от села составляет 1 триллион руб. А мы на 1200 млн. руб. закупается продовольствие в нашу страну. Посмотрите на условия жизни нашего народа через систему ЖКХ. Она также разрушена. Система платности везде и за все. Рост тарифов стал окончательно неприемлемым. Тринадцать рублей за трехкомнатную квартиру в Москве платили в 91-м году, а сегодня – 4600 руб. А в элитных домах 15000 руб. и более.

Кто дал право при этой «эффективной» экономике в 900 раз увеличить себестоимость реальной цены за киловатт в час? Однако текущая власть ничего не сделала для прироста внутри энергетических отраслей России. Сейчас у нас себестоимость на гидроэлектростанциях 20 коп., на АЭС около 50 коп. Почему мы платим от 5-7 руб., в зависимости от региона? Мы попытаемся сегодня успеть заслушать доклад о том, что творит на АЭС Киреенко и другие, с позволения сказать, деятели.

А если взять то, что примерно 50 млн. чел. находятся в неблагоустроенном жилье. И при этом теплопотери составляют 40% в теплосетях, более 20% процентов в водопроводных сетях. А все убытки сажают на плечи нашим гражданам. Можно приплюсовать к этому платное образование и платные медицинские услуги. Вот, какую «райскую» жизнь устроила нам текущая власть за последние двадцать лет. И, конечно, когда мы видим, что делает эта власть по уничтожению функционирования предприятий в гражданском кодексе. Их названия и сущности.

Тогда именно наша фракция предложила и провела закон о правовом положении акционерных обществ. Речь идет о народных предприятиях. Они у нас сегодня имеют показатели, которые радикально отличаются в положительную сторону от всего того, что мы имеем непосредственно в этом олигархическом комплексе обычных акционерных частных компаний. Здесь и производительность объемы в разы выше. Мы видим достойную заработную плату. А посмотрите на основные фонды, как они обновляются, как усваивается прибыль, как решаются вопросы социально-культурного быта. Все это действует для расширения числа этих предприятий.

Неслучайно Джон Крол – это президент «Дюпона» - в свое время говорил, что благополучие каждого человек должно быть связано с тем успехом работы компании. Именно американцы делали все для того, чтобы каждый рабочий человек процветающих, успешных фирм был соответствующим акционером и собственником. Рабочий становится хозяином, когда становится собственником средств производства. А наши управленцы до сих пор не понимают, что именно приближение человека к собственности, к распределению результатов труда, коллективной ответственности за модернизацию, за управление – это является главным постулатом. Недавно, в 2009 году Леанор Остом получил нобелевскую премию. Он получил ее за то, что доказал, используя данные более чем 50 стран, что общественная собственность, в том числе негосударственная, является лучшей в системе функционирования и управления трудовых коллективов.

Почему мы активно анализируем систему, которая складывается в нашей стране и как перспективу созидания хозяйствования и управления экономикой? Потому что советники президента вдруг решили уничтожить эти народные предприятия. Они сегодня концептуально обозначили изъятие ЗАО из системы, изложенной в гражданском кодексе, как функционирующие предприятия. Мы категорически выступаем против этого. Наоборот сегодня мы говорим, что эта форма владения собственностью является перспективной для нашей страны. И она должна найти себе поддержку от всех ветвей власти.

Посмотрите, как уникально работает Китай в этом плане. Там уже в 1995 году через такие предприятия выдавалось более 40% ВВП. Мы видим, как активно работают в странах СНГ наши отдельные предприятия. Сегодня будут выступать наши товарищи из СНГ. Приднестровский «Электромаш» - уникальная работа! Даже в США поняли преимущество таких предприятий. А у нас стремятся их уничтожить во всех отраслях народного хозяйства.

В этом наше главное противоречие. Мы заявляем, что необходимо дать возможность работать этим трудовым коллективам. Давайте вместе развивать эту систему в нашей концепции развития народных предприятий.

Уважаемые товарищи! В программе КПРФ, которая идет на выборы 4 декабря много вопросов развития промышленности, сельского хозяйства и науки. Но все они рассматриваются через систему государственного регулирования. Без приближения собственности к основным фондам к управлению, через распределение доходов, трудовых коллективов. Все системные методы в этом направлении подразумевают льготное налогообложение и все системы, которые будут помогать развивать инфраструктуры наших предприятий. Сегодня хватит через тарифы на электроэнергию, на газ заполнять финансовые бреши. В этом плане мы все должны сделать для того чтоб наша наука, промышленность и сельское хозяйство жило лучше.

В заключение хочу сказать, что мы в своей программе признаем многообразие форм собственности. Как говорил Ден Сяо Пин: «Неважно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей». Но если мы видим, что уничтожено две трети промышленного потенциала, если мы видим, как расчленяется наша энергосистема, как взрываются уникальные станции типа «Саяно-Шушенской» ГЭС, то тогда мы говорим сегодня об определенном выборе тех систем, тех механизмов, которые обязаны работать в каждом предприятии. И в данном случае роль государственного регулирования встает на первую линию возрождения нашего промышленного комплекса.

Мы благодарны нашим социалистическим ученым-экономистам, нашим руководителям и депутатам, кто своим героическим трудом в это непростое время показывает те образцы трудолюбия, заработанной платы и модернизации. Давайте скажем им сердечное спасибо, а нам пожелаем хороших результатов на выборах 4 декабря. Спасибо.

Соб.инф.


Версия для печати

Назад к событиям