Дело Сердюкова живет и процветает

4 Декабря 2014 RSS лента
Дело Сердюкова живет и процветает

Авторы: Г.П.Шибанов - генерал-лейтенант в отставке; Г.М.Скопец - полковник в отставке; В.Ф.Жмеренецкий

Источник: "Правда"

Фото: Сергей Карпов/ТАСС

В последнее время всё чаще приходится слышать о грядущих преобразованиях в прикладной военной науке. Речь идёт то ли о слиянии видовых научно-исследовательских объединений (НИО) с ранее созданными военными учебно-научными центрами (ВУНЦ), то ли о передаче функций НИО в состав ВУНЦ. Похоже, сердюковские корни дают ядовитые всходы, и не где-нибудь, а в военно-научном комплексе (ВНК), то есть в структуре, специально созданной для управления прикладной военной наукой. Общественность ещё не до конца осознала необратимость исхода военных академий из Москвы. «Результаты», полученные в ходе реформы военного образования, широко освещались СМИ. Обобщённо их можно квалифицировать как преднамеренное уничтожение прежде всего научных школ с мировым именем, созданных многими поколениями военных учёных этих академий.

На грани преступления

Министра Сердюкова в составе правительства РФ уже нет, но дело его живёт и развивается. От фактического уничтожения научных школ академий министерство обороны перешло к уничтожению прикладной военной науки. Появившееся в недрах ВНК предложение о перебазировании военных научно-исследовательских организаций в ВУНЦ неизбежно даст такой же отрицательный результат, как и в случае с переводом академий.

Более того, оно по своим последствиям граничит с государственным преступлением. Не слишком ли сильно сказано? А как иначе можно расценивать предложения государственной структуры, предназначенной для организации, поддержки военной науки, но приводящей к их фактической ликвидации? Тем более что Генеральным штабом Вооружённых сил РФ перед военно-научным комплексом поставлена задача обеспечить научное обоснование всех направлений строительства и развития Вооружённых сил РФ и предварительной научной проработки принимаемых военно-политических решений.

Естественно, решение столь сложных задач требует наличия в стране коллективов специалистов, обладающих уникальными знаниями, что позволяет им прогнозировать перспективы развития средств и способов вооружённой борьбы на основе анализа опыта ведения боевых действий, а также результатов, достигнутых фундаментальной и прикладной науками.

В условиях существенного усложнения образцов вооружения и военной техники, роста их стоимости и сроков разработки задача научного обоснования перспектив их развития приобрела особую актуальность. Для её решения постоянно требуется проведение комплекса исследований, которые в настоящее время в ряде случаев объединяются под общим термином «внешнее проектирование». Это комплекс научно-исследовательских и экспериментальных работ, выполняемых НИО заказчика и промышленности. Его цель: обосновать требования к образцу, определяемые в технико-тактическом задании, и отработать такие технологии, которые обеспечивали бы выполнение задания.

Для проведения такого комплекса научно-исследовательских и научно-экспериментальных работ руководством страны было принято решение о создании видовых НИО. Теперь остаётся только поражаться прозорливости такого решения в начале 1960-х годов, когда осуществлялось беспрецедентное двухэтапное сокращение Советской Армии (в сумме её численность уменьшилась на 2,8 миллиона человек). Чтобы подчеркнуть значимость созданных НИО, их даже включили в состав центрального аппарата.

В последние десятилетия основной целью реформирования Вооружённых сил неизменно является снижение расходов. Но государственный, системный подход требует, чтобы затраты сопоставлялись с эффектом. В этом плане у реформаторов обычно всегда проблема. Между тем ещё 10 лет назад было установлено, что предотвращение потери только одного самолёта в результате реализации активной системы безопасности полёта, обоснованной в ликвидированном в ходе реформ отделе безопасности полётов, окупило бы работу всего института в течение 10 лет. В связи с этим представляется целесообразным задать реформаторам очевидные вопросы. Кому вы намерены перепоручить задачи, решаемые сегодня НИО? Может быть, вы предлагаете вменить их профессорско-преподавательскому составу ВУНЦ в качестве дополнительной нагрузки?

Зачем нужны НИО в ВВС

Зная предназначение военно-научного комплекса Вооружённых сил, попытаемся в обобщённом виде сформулировать задачи внешнего проектирования образцов вооружения и военной техники, которые стоят или в ближайшее время будут стоять на вооружении разных видов российских вооружённых сил.

Во-первых, необходимы оперативно-стратегические и оперативно-тактические исследования проблем строительства видов Вооружённых сил, включая обоснование роли и места каждого вида в системе вооружения. Требуются комплексные исследования проблем сбалансированного развития видов и родов Вооружённых сил РФ с учётом межвидовой унификации вооружений и военной техники.

Во-вторых, необходимы исследования в интересах выработки эффективной технической политики видов Вооружённых сил с учётом технологических возможностей промышленности. В их число входят военно-экономические исследования проблем создания системы вооружения вида, разработка предложений в проекты Государственной программы вооружения и Государственного оборонного заказа.

В-третьих, нужны исследования по оптимизации выбора основных направлений и путей реализации технической политики видов и внешнее проектирование образцов вооружения и военной техники, стоящих на вооружении того или иного вида Вооружённых сил РФ.

В-четвёртых, требуются военно-научное сопровождение разработки проектов тактико-технических заданий на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, подготовка заключений на материалы аванпроектов, эскизных, технических проектов и макетов образцов вооружений и военной техники.

В-пятых, нужно информационно-аналитическое обеспечение органов военного и государственного управления, касающееся разработки вооружений и военной техники. В таком обеспечении также нуждаются структуры Федерального собрания и Военно-промышленной комиссии. Необходимы участие в подготовке проектов федеральных законов, а также исследования по совершенствованию нормативных документов, регламентирующих порядок создания образцов вооружений и военной техники.

Решение этих задач связано с прогнозированием развития Вооружённых сил РФ на весьма отдалённую перспективу. Его невозможно выполнить на основе уже имеющейся информации. Кстати, именно она является предметом изучения в ВУНЦ. Поэтому чьи-либо надежды возложить перечисленные задачи на профессорско-преподавательский состав ВУНЦ совершенно несерьёзны. Во-первых, на нём лежат свои ответственные задачи. Во-вторых, профессорско-преподавательскому составу пришлось бы самому предварительно пройти подготовку к соответствующей научно-исследовательской работе. Но где, если научные школы НИО, подобно исследовательским школам военных академий, будут ликвидированы? Что, Запад нам поможет?

Создаётся такое впечатление, что лихие мечтатели о перекладывании профессиональной и специфической работы НИО на военные учебно-научные центры не имеют никакого представления об особенностях профессиональной подготовки в ВУНЦ.

Начнём с того, что принятая в настоящее время концепция подготовки военных кадров не предполагает их подготовку для выполнения научных исследований и решения задач, стоящих перед НИО. Так, не изучается системный подход как фундаментальная основа формирования сложных и больших систем и внешнего проектирования образцов вооружений и военной техники. В программе ВУНЦ не предусмотрено овладение знаниями законов и закономерностей ведения вооружённой борьбы, мировых тенденций развития системы вооружения, военной техники и противоречий, обуславливающих это развитие. Тем более там не предусмотрено овладение военно-экономическими методами оценки принимаемых решений и т.д.

Само собой разумеется, что военно-научные центры не осуществляют подготовку кадров для решения задач внешнего проектирования пока ещё не существующих образцов вооружений и военной техники. В них не предусмотрено овладение знаниями о формировании концепций перспективных образцов вооружений и военной техники с учётом оперативно-тактических потребностей. Там не изучаются научно-технические, финансовые и производственно-технологические возможности оборонного комплекса России по созданию перспективных образцов вооружений и военной техники и оптимизации их тактико-технических характеристик по критериям «эффективность — затраты». Не обеспечивается также подготовка кадров для решения задач по разработке основ боевого применения перспективных образцов ВВТ, алгоритмов боевого применения и их верификации на стендах промышленных организаций. Данная задача традиционно решалась НИО.

Перед ВУНЦ не стоит задача, чтобы их слушатели и курсанты овладели методологией научных исследований, так как большинству из них не придётся заниматься научной деятельностью. Значит, в задачи этих центров не входит развитие у слушателей и курсантов способности к такому креативному мышлению, которое обеспечивает выдвижение новых технических идей, пригодных для реализации промышленностью в рассматриваемый программный период.

Острейшей проблемой стало достижение такого уровня математической и специальной подготовки, который был бы достаточен для решения перечисленных выше задач НИО. К сожалению, вузовская подготовка даже защитившегося адъюнкта не обеспечивает требуемого уровня без его дополнительного обучения и стажировки.

И уж совсем наивно рассчитывать на то, чтобы ВУНЦ осуществлял подготовку кадров для нужд военного и государственного управления (служб заказчика, военно-научного комплекса, военно-промышленного комплекса, органов военно-технической службы и др.), поскольку специфика задач, стоящих перед этими органами, требует более высокого уровня знаний в областях, не являющихся предметом изучения в ВУНЦ. Их решение требует владения военно-экономическими методами оценки принимаемых решений. Но принятая концепция обучения в ВУНЦ не предполагает даже среди профессорско-преподавательского состава наличия специалистов в этих областях.

Требования к научным кадрам НИО

Военная прикладная наука имеет смысл только в случае внедрения её результатов в опытное строительство. Но оно может быть обеспечено лишь при условии территориальной близости производителя информации и её потребителя.

Прожекты по объединению НИО и ВУНЦ неизбежно породят массу проблем. Будет существенно затруднено, а то и станет невозможным оперативное взаимодействие структур заказчика (минобороны, отдельные виды Вооружённых сил) при формировании госпрограммы вооружений и гос-оборонзаказа, подготовки и согласования тактико-технических заданий на опытно-конструкторские работы. Станет проблематичной разработка алгоритмов боевого применения образцов вооружения и военной техники и их проверки на стендах вдали от промышленных организаций, разрабатывающих эти вооружения и технику. Возникнут большие сложности в информационно-аналитическом обеспечении органов военного и государственного управления (структур Федерального собрания, Военно-промышленной комиссии), поскольку участие ВУНЦ в подготовке проектов федеральных законов не позволит оперативно решать возникающие проблемы из-за территориальной разобщённости.

Наконец, вовлечённость преподавателей ВУНЦ в плотный график учебного процесса не даст им возможности оперативно выполнять возникающие военно-научные задачи. К тому же сотрудники ВУНЦ практически не будут иметь возможности регулярного общения с конструкторским составом ОКБ, с учёными научно-исследовательских учреждений и работниками промышленности. Будут осложнены и исследования по совершенствованию нормативных документов, регламентирующих порядок создания образцов вооружения и техники военного и специального назначения, из-за отсутствия непосредственных и регулярных контактов с организациями, которых эти нормативные документы касаются.

Всё это грозит полной потерей научного потенциала НИО соответствующего вида Вооружённых сил, а фактически — уничтожением прикладной военной науки как непременного условия развития любого вида Вооружённых сил, создания перспективных образцов вооружений и военной техники. Наивно полагать, что не попавшие под колёса «реформы» кандидаты и доктора наук НИО в возрасте 60, а то и 70 лет поедут в ВУНЦ.

Отсюда следует, что нет достойной альтернативы полнокровному НИО, имеющему научные школы по всем научным направлениям, соответствующим возлагаемым на них задачам. При этом место их дислокации должно быть максимально близким к взаимодействующим главкоматам, научным и конструкторским организациям. Продуктивное решение проблемы состоит в том, чтобы максимально использовать существующий научный потенциал и наращивать его с учётом современных условий. Для этого прежде всего необходимо восстановить разрушенные и создать новые научные школы (ориентировочно, в пределах компетенции НИО начала их перестройки).

В условиях ограниченности ресурсов, выделяемых на оборону, средства разумнее было бы расходовать не на строительство новых корпусов, оборудованных действующими макетами систем прошлых поколений, а на восстановление поверженных в процессе перманентного реформирования научных школ. Сохранившиеся учёные-прикладники (их, кстати, нет в ВУНЦ) будут центрами, с которых может начаться возрождение прикладной военной науки. Средства должны тратиться прежде всего на приток в НИО молодёжи, ибо военная наука без молодёжи, так же, как лес без подлеска, обречена.


Версия для печати

Назад к событиям