Чего ждёт пролетариат от КПРФ

3 Октября 2014 RSS лента
Чего ждёт пролетариат от КПРФ

Источник: Газета «Правда».
Автор: Виктор Трушков.
Фото: Игорь Казаков.

На днях в редакции «Правды», начинавшей под руководством В.И. Ленина свою трудовую и боевую биографию как рабочая газета, собрались люди, которых можно назвать «рабочими от станка». Это — слесарь Бескудниковского домостроительного комбината, член Центральной контрольно-ревизионной комиссии КПРФ, член Тимирязевского райкома КПРФ Н.Я. КОЛОСКОВ (г. Москва), мастер «Северной верфи», член Центральной контрольно-ревизионной комиссии КПРФ, член бюро райкома КПРФ И.М. МАСТ (г. Ленинград), наладчик станков фабрики «Дмитровский трикотаж», кандидат в члены Центрального Комитета КПРФ, секретарь Дмитровского горкома КПРФ (Московская область) А.В. ПАРФЁНОВ, бывший электрослесарь, ныне председатель совета Общероссийской общественной организации «Рабочие инициативы» А.В. СПЕРАНСКИЙ. Кроме них, в разговоре приняли участие главный редактор газеты «Правда», член Президиума Центрального Комитета КПРФ, Б.О. КОМОЦКИЙ и политический обозреватель «Правды» В.В. ТРУШКОВ.

Главная тема

Заседание «круглого стола» открыл Б.О. Комоцкий:

— Мы собрались, чтобы поделиться своими размышлениями о современном рабочем классе России, о том, как повысить влияние КПРФ в рабочей среде. Тема очень важная и актуальная. Возможно, это даже самая ключевая проблема, решение которой крайне необходимо в современных условиях для КПРФ. Да и для страны в целом. Сейчас главная тема разговоров — Крым и Украина. Но есть большая опасность, что под ура-патриотические фанфары мы не сможем защитить социальные права трудящихся в целом и рабочего класса в первую очередь. Социально-экономическая ситуация в стране тяжёлая, перспективы не оптимистические. И дело здесь не только и даже не столько в санкциях. Оно — в общей направленности экономической политики буржуазной власти, которая ведёт к тому, что отечественное материальное производство сокращается, а вместе с ним сужаются и возможности улучшения социального положения трудящихся.

В этих условиях тема, выносимая на октябрьский пленум ЦК КПРФ, наверняка останется важнейшей на ближайшую перспективу. На недавнем заседании Президиума ЦК это ещё раз отметил Г.А. Зюганов.

Он также обратил внимание на новую целевую страницу «Правды», которая называется «Коммунисты и рабочий класс». На ней выступают руководители братских коммунистических и рабочих партий, анализируя современный рабочий класс, рассказывая о работе в пролетарской среде, делясь опытом сотрудничества с профсоюзами. Поэтому наш сегодняшний разговор логично встраивается не только во внутрипартийные размышления на тему предстоящего пленума, но и в международную дискуссию о взаимодействии коммунистов и рабочего класса. В этом нет никакого преувеличения, потому что нам предстоит обсуждать те же вопросы, которые содержатся в ответах, пришедших от зарубежных товарищей.

Тема рабочего класса для коммунистов всегда среди приоритетных. И это понятно: коммунистические партии по своей природе — рабочие партии. Мы удовлетворены и даже горды, что именно газета «Правда», которая возникала и создавалась как рабочая газета, а сегодня является органом ЦК Коммунистической партии, партии рабочего класса, стала площадкой для такого серьёзного разговора. Я имею в виду и ответы руководящих органов 13 коммунистических и рабочих партий и Всемирной федерации профсоюзов, которые уже получили международный отдел ЦК КПРФ и наша редакция, и сегодняшний «круглый стол», где эти же вопросы будут обсуждать рабочие-коммунисты. Приветствуя вас в нашей редакции, хочу отметить, что это не последняя наша встреча, что впереди ещё не один разговор в этих стенах о рабочем классе. Рабочая тема — это магистральное направление деятельности газеты «Правда», и мы будем уверенно следовать по этому пути.

Два полярных мира

От главного редактора «Правды» эстафету принял А.В. Парфёнов:

— Наше предприятие небольшое: около 100 человек, хотя раньше на нём работали не менее 1000 рабочих и специалистов. Сейчас здесь трудятся в основном женщины в возрасте 40—50 лет, люди серьёзные, самостоятельные, семейные.

Вспоминая времена перестройки и события 1991 года, вынужден сказать, что на фабрике была чуть ли не гражданская война, пусть не горячая, а холодная, но жестокая. Часть рабочих меня упрекали в том, в чём упрекали тогда всю КПСС. Ставили мне в вину и сталинские чистки, и коллективизацию, и коррупцию… В чём только они меня не обвиняли! Сейчас тоже упрекают, но упрёк один-единственный. Он и серьёзный, и справедливый: почему вы, коммунисты, потеряли власть? Почему уступили её почти без сопротивления? Такие претензии в последнее время стали предъявлять всё чаще и чаще.

Значит, люди уже забыли ту наживку, на которую их в конце 1980-х и начале 1990-х годов поймали. Сегодня они отторгают эти либеральные россказни. Люди — я имею в виду рабочих людей — начали понимать, осознавать, что они потеряли с крушением Советской власти.

Думаю, одна из причин, что претензии и упрёки предъявляются снова мне, в том, что авторитет Компартии в рабочей среде остался, сохранился. Его есть с чем сравнивать. Скажем, с отношением к профсоюзам. Оно сегодня — ноль. А КПРФ авторитетом пользуется. Не у всех, конечно, есть люди политически безразличные, незрелые.

Хотя тут дело не только в политической зрелости, если под нею иметь в виду политическую грамотность. Люди всем нутром своим чувствуют, что` они потеряли, оставшись без Советской власти. Производство сокращается, коллектив уменьшается, оборудование изнашивается, а нового нет.

Возьмём медицину, а для тех, кто уже не молод, это очень важная сфера. Во-первых, за всё приходится платить, во-вторых, отношение к рабочим как к пациентам стало много хуже. Что касается образования, а у наших работниц теперь уже подрастают внуки, то рабочие люди прекрасно видят, в какую сторону его изменяют «реформаторы». Образование всё очевиднее становится средством социального разделения людей, классового разделения.

И, конечно, важнейшая проблема — жильё. Молодым людям приходится надевать хомут ипотеки: сегодня у них нет другого выхода. И люди, которые жили при Советской власти, естественно, вспоминают, как государство бесплатно предоставляло жильё. На одну квартиру, построенную гражданами на свои сбережения в жилищно-строительных кооперативах, в стране приходилось 10 квартир, полученных рабочими и специалистами от государства бесплатно. И таких сопоставлений очень много, все они — в пользу социализма.

Партия потому и пользуется авторитетом, что она не отказалась от социализма и Советской власти и подчёркивает их достоинства. В этом отношении её видение и представление рабочего человека совпадают.

Сравнение двух миров, социалистического и капиталистического, продолжил А.В. Сперанский:

— Я человек со сложной биографией. Был чемпионом Советского Союза по гребле, работал тренером. Потом у меня утонул один из подопечных, я в его смерти виноват не был, но психологически больше тренером работать не смог. Пошёл на завод и лет 25 проработал электрослесарем. Все эти годы сотрудничал с газетами, критиковал начальство. В одной из публикаций, помещённой в «Московской правде», писал, что начальник главка и директор нашего завода поступают неправильно, лишь симулируя модернизацию. Уже на следующий день к нам на предприятие приехали из ЦК КПСС, из горкома партии, из министерства. После того как факты подтвердились, сняли начальника главка.

Вот так простой рабочий участвовал в реальном управлении обществом, был частицей власти. Я, электрослесарь, был членом и парткома, и завкома. Помню, как мы на партийных и профсоюзных собраниях разговаривали. Нередко рабочий или мастер вставал и критиковал директора, никто этому не удивлялся, это было нормой жизни. Ясно, критиковать было можно, потому что люди были защищены. Сейчас рабочие боятся разговаривать даже с посторонним человеком, а если что-либо расскажут, то тут же просят, чтобы не называли их фамилию.

Противостояние

Н.Я. Колосков перевёл разговор в плоскость конкретных проблем. Он, по сути, иллюстрировал полярность двух миров:

— В прошлом году исполнилось 40 лет с того дня, как я пришёл после армии на Бескудниковский домостроительный комбинат. Все эти годы работал в механическом цехе. Много лет был бригадиром, наша бригада изготовляла оборудование для своего предприятия. Новый директор, зная мою позицию, отстранил меня от руководства бригадой — я теперь снова слесарь. Кроме производственных обязанностей, я ещё член ЦКРК КПРФ, муниципальный депутат и председатель цехового комитета профсоюза. Я не скрываю, что коммунист, и нередко рабочие ко мне обращаются, особенно сейчас, когда руководство Главмосстроя и совет директоров приговорили комбинат к закрытию.

На предприятии без конца задержки с выплатой зарплаты. Мы, защищая предприятие, обратились в прокуратуру. Там ответили, что это — трудовые споры, и отправили наше обращение в трудовую инспекцию Москвы. Но оттуда мы ждём ответа с марта. Между тем вопрос касался и выполнения коллективного договора. Те 5—6 пунктов, которые по нашей инициативе были внесены в него, постоянно не выполняются, что и вызвало необходимость обращаться в прокуратуру.

Так как обстановка на комбинате тяжёлая, то мы 29 июля обратились к президенту. Были приняты сотрудником приёмной президента Максимовым, я познакомил его с нашим обращением в прокуратуру и тем ответом, который мы оттуда получили. Через два дня из приёмной пришёл ответ, что наше обращение отправлено в правительство Москвы. Ещё спустя четыре дня пришло сообщение из столичного правительства, что наше письмо направлено в департамент градостроительства. Через две недели пришёл из этого департамента ответ. Только на главные вопросы, которые мы поднимали, там ответа не было. Мы выражали беспокойство угрозой закрытия комбината и ставили вопрос о привлечении к ответственности руководителей за его планируемое уничтожение. В ответе же говорилось только о задержках зарплаты. При этом сообщили, что комиссия, проверявшая ситуацию на предприятии, обнаружила: задолженности Главмосстроя перед комбинатом нет. Не получили мы ответа и на предложение проверить финансово-экономическую деятельность комбината. Сейчас мы написали новое обращение к президенту, перечислив в нём конкретные пункты, на которые хотим получить ответ.

В общем, во всей этой истории мы имеем дело только с обыкновенными отписками. А суть в том, что очень большие права даны собственникам. У нас таким собственником является Дерипаска, который нахватал российского имущества столько, что для управления им впору специальное министерство создавать. От рабочих же, имеющих акции, ничего не зависит. У нас тот, кто имеет контрольный пакет, получает всё, а остальные — ничего. Я был на собрании акционеров единственным из работников предприятия. Оказалось: хотя комбинат работает плохо, он имеет прибыль 100 миллионов рублей. Но, несмотря на прибыль, во-первых, его намерены закрыть, во-вторых, мы в сентябре всё ещё не получили зарплату за июль. В общем, никакой — ни экономической, ни обычной — логики.

Впрочем, логика погони за наибольшей прибылью у собственников налицо. Оказывается, им передана в долгосрочную аренду земля, на которой находится предприятие. И собственники, по мнению работников нашего комбината, намерены закрыть цехи, всё снести, а на этой площадке построить жильё, которое принесёт им немалый доход. Вот и выходит, что российским «стратегическим собственникам» не нужны ни промышленность, ни сельское хозяйство, а заинтересованы они только в том, чтобы набивать свои карманы.

Я обращался в Госдуму к заместителю председателя Комитета по промышленности П.С. Дорохину и просил его поспособствовать проведению финансово-экономической проверки комбината. Он согласился, что они могут проверять и частные предприятия, но реального ответа тоже пока нет. И обращение в Мосгордуму к депутату А.Е. Клычкову пока результата не принесло, может быть, после выборов придёт ответ. А ко мне подходят рабочие и спрашивают: «Где ответы — пусть не от президента, а хотя бы от депутатов?» Мне сказать им нечего. Напоминаю только, что на мои обращения положительно откликался депутат Госдумы, секретарь МГК КПРФ В.Р. Родин.

Я считаю, что поскольку КПРФ является наследницей большевиков, которые были партией рабочего класса, то реагировать надо в первую очередь на нужды рабочих, на их наказы. К тому же партия крайне заинтересована и в поддержке со стороны рабочего класса, в его сохранении. Это — главный мотив, основной смысл промышленной политики КПРФ.

Ключевые вопросы

Автор этих строк предложил чуть-чуть изменить направление разговора:

— Представляется, что сегодня с учётом современного клубка политических, экономических, социальных, мировоззренческих, культурных проблем нам, коммунистам, надо снова отвечать на вопросы: зачем рабочему классу нужна Коммунистическая партия и почему Коммунистическая партия крайне нуждается в рабочем классе? Ваше рабочее видение ответов на классические вопросы хотелось бы услышать, передать нашим читателям, донести до пленума Центрального Комитета КПРФ. Фактически сидящие за этим столом уже держат слово перед пленумом ЦК, выступают на нём, тем более что «Правда» является органом Центрального Комитета КПРФ. Нынешний «круглый стол» — это трибуна не только газетная, но и партийно-политическая, которая не может остаться без внимания ЦК партии.

Первым на поставленные вопросы откликнулся А.В. Парфёнов:

— Говоря о том, чем является рабочий класс для партии, я меньше всего хотел бы рассматривать его как электорат. Но если мы всё-таки будем говорить о выборах, то замечу: больше всего за «партию власти» голосуют пенсионеры. На выборах я постоянно хожу с урной по квартирам к тем, кто не может сам прийти на участок. Получается, что примерно на 4—5 человек, голосующих за «партию власти», приходится лишь двое, голосующих за КПРФ. Для нашей партии первым резервом расширения своего электората, конечно же, являются рабочие.

И всё же мы ни в коем случае не должны сводить проблему к выборам. Возьмём опыт Украины. Не потому, что сейчас в адрес КПУ можно предъявлять претензии, а потому, что её опыт очень близок к практике нашей партии, КПРФ. КПУ тоже в основном ориентировалась на выборы и много делала для достижения успеха на них. Тоже получала свои 15%, имела депутатские мандаты… Ну и итог? Когда разгоняли фракцию коммунистов в Верховной Раде, рабочие на практике никак на это не отреагировали.

Надо особенно серьёзно работать с рабочей молодёжью. Люди предпенсионного возраста для защиты партии даже на митинги не очень-то пойдут. И потому, что боятся перед пенсией потерять работу, и потому, что для серьёзной защиты партии нужны молодые, здоровые. Украинские события показали, что работа с рабочим классом не может ограничиваться заботой о том, кто за нас будет голосовать. Партии надо стать настолько близкой рабочему классу, чтобы он готов был её защищать. И в конечном счёте пойти за ней, чтобы установить свою, рабочую власть. Возьмём опять тот же Донбасс. Кто в основном среди ополченцев? По преимуществу рабочие.

Верно, каждый рабочий в отдельности боится потерять работу, особенно когда на нём висят долги, кредиты, ипотека. Получается, что в отличие от рабочего середины XIX века современному рабочему есть что терять. Буржуазия сознательно набросила на рабочих кредитную удавку, а чтобы она была ещё сильнее, настойчиво внедряются стандарты общества потребления. Надо честно признать, что это одна из причин, почему сдерживается борьба рабочего класса и трудовых коллективов.

Хотел бы остановиться ещё на одном важном сегодня вопросе — об отношении к Путину. В статье Н.В. Разворотнева в «Правде» написано: «А если мы будем говорить о поддержке среднего бизнеса и хвалить господина Путина, то мы лишимся классовых принципов, тем самым отвернём от себя рабочих». В основном тут я с ним согласен, но многие моменты внешней политики мы, думаю, должны поддерживать. Дело в том, что теперь у России положение иное, чем в годы Первой мировой войны, когда большевики справедливо желали поражения своему правительству и превращения империалистической войны в гражданскую. Сегодня ситуация больше похожа на борьбу с фашизмом, когда коммунисты были безоговорочными антифашистами и поддерживали антифашистскую политику своих правительств.

Однако при этом мы должны видеть и другую сторону. Даже после начала украинских событий у рабочих, с которыми я работаю, любви к Путину не появилось. Я не знаю, кто даёт такие высокие проценты его поддержки. Может, пенсионеры, может, бюджетники и чиновники… Но среди рабочих, особенно рабочих зрелого возраста, любви к президенту не прибавилось. И если вдруг мы будем делать в его адрес реверансы, то у рабочих авторитета этим не заработаем. Даже при поддержке отдельных шагов президента надо наращивать критику власти. Я жду от пленума, что он нацелит партию на усиление этой критики.

Партийный смысл понятий

Представитель ленинградских коммунистов на правдинском «круглом столе» И.М. Маст обратил внимание на то, что, говоря о взаимодействии партии и рабочего класса, хорошо бы уточнить его границы:

— Когда мы говорим «рабочий класс», то мне бы хотелось, чтобы мы уточняли, кого мы имеем в виду. Рабочий класс — это те люди, которые работают за станками, за рулём сельскохозяйственных машин и т.п.? Или это более общее понятие, включающее, скажем, мастеров среднего звена, технологов, конструкторов? Рабочие — это люди, которые своими руками, своей головой зарабатывают себе на хлеб, которые являются работниками наёмного труда, продают работодателю свою рабочую силу, то есть свою способность трудиться? А можно считать рабочими учителей, врачей, бюджетников? Когда мы говорим о рабочем классе, то либо должны всё это объединить, либо говорить о разных категориях трудящихся.

Для меня это вопрос не только о понятиях, он имеет и внутрипартийное значение. Когда смотрю на принимаемых в нашу партию, то вижу, что рабочих от станка, от земли среди них очень мало. Это говорит, на мой взгляд, не о том, что такие рабочие мало думают о политических процессах, мало интересуются ими, а о том, что они зажаты в экономические тиски. Они в такой ситуации думают не столько о будущем, сколько о том, как получить сиюминутно деньги. А их размер очень часто зависит от того, будет ли он роптать, будет ли соглашаться со всем, что вокруг. А если он будет соглашаться даже с ухудшением своего положения, то, скажем, до забастовок дело уже не дойдёт.

— Здесь поставлен вопрос, кого понимать под рабочим классом, — заметил Б.О. Комоцкий. — Этот вопрос в самом деле важный и актуальный. Прежде всего напомню, что в «Манифесте Коммунистической партии» основными классами капитализма, в условиях которого мы сейчас живём, чётко названы пролетариат и буржуазия. И в этом отношении сегодня ничего не изменилось. А внутри пролетариата мы выделяем рабочий класс. В нашей стране сложилась идущая от марксизма-ленинизма традиция считать рабочим классом прежде всего работников сферы материального производства. Это значит, что другие сферы — здравоохранение, образование и т.д. — исключаются. Но материальное производство — понятие очень широкое. Сначала добывается сырьё, потом оно транспортом перевозится, потом оно проходит через один передел обработки, через второй, затем изделие упаковывается, куда-то доставляется, реализуется потребителю в торговой сети. В итоге мы получаем совокупность работников всех этих стадий — от производства сырья до продажи готового изделия. Это один из критериев рабочего класса.

Второй критерий рабочего класса — это совокупность людей, не имеющих собственности на средства производства. Но по этому признаку рабочий класс — часть пролетариата, а ещё шире — часть всех трудящихся.

Рабочий класс можно подразделять по его принадлежности к той или иной отрасли промышленности, к транспорту, строительству, связи. Когда доходим до товаропроводящей сети, то видим конторский пролетариат, который сейчас модно называть офисным планктоном. А в конце цепочки — торговый пролетариат. Здесь хочу обратить внимание, что до Великой Октябрьской социалистической революции продавцы, переименованные нынче в «менеджеров по продажам», именовались приказчиками. Так вот в 1912 году профсоюз приказчиков вносил один из крупнейших денежных вкладов в создание газеты «Правда». Выходит, эти люди, продавцы, были одним из отрядов рабочего класса, создававшим не на словах, а на деле ленинскую «Правду», которая была большевистской рабочей газетой.

Что касается мастеров, то они участвуют вместе с рабочими от станка в материальном производстве. В советские годы мастеров относили к рабочему классу. С тех пор ничего не изменилось: они не стали эксплуататорами.

Представляется, что такое определение рабочего класса,  а определить означает ограничить, поставить предел, позволит отказаться от размытого подхода к нему. И это действительно важно во внутрипартийной работе.

А.В. Сперанский возразил:

— Но часто в качестве критерия рабочего класса указывают на то, что он наёмный работник. Однако директор тоже говорит, что он — наёмный работник.

Пришлось в дискуссию вмешаться и автору этого отчёта:

 — Поэтому мы и уточняем: не только наёмный, но и эксплуатируемый работник

Разные грани основного противоречия

И.М. Маст удачно показал, что основное противоречие между трудом и капиталом проявляет себя во всех видах общественных отношений. Игорь Мейнгардович сказал:

— Я уже 42 года работаю на «Северной верфи». У нас относительно благополучное предприятие. Не могу сказать, что нас сильно касаются кризисные явления в экономике, от которых страдает большинство промышленных предприятий. Хотя после объединения всех судостроительных предприятий в российский государственный судостроительный холдинг — ОАО «Объединённая судостроительная корпорация» — произошли изменения: появилась ещё одна надстройка, которая тоже хочет иметь свою выгоду, и поэтому дела идут не так хорошо, как обещали при её организации.

Все тендеры, которые проводятся для определения поставщиков, дают возможность всему руководству сверху донизу иметь постоянный доход от этих операций. Иначе говоря, безотказно действует система откатов, о которой уже многие годы говорят, но только говорят. Да ещё создают условия для того, чтобы они расширялись. В результате такой практики часто приходит не то оборудование, некачественные комплектующие и т.д. и т.п. Например, мы получаем турбины для фрегатов. Их качество таково, что они часто дают сбой ещё на стадии швартовых испытаний, когда дело не доходит даже до выхода в море. В результате мучиться приходится рабочим.

На ещё одно противоречие реставрации капитализма в России обратил внимание Н.Я. Колосков:

— Я хотел поднять вопрос о положении рабочего депутата. В качестве депутата я ездил на встречу, которую мэр столицы проводил с депутатами Тимирязевского района. Она была назначена на рабочее время. Директор комбината Д.Л. Сальников посчитал моё участие в ней, то есть выполнение депутатских обязанностей, прогулом, объявил мне выговор и лишил премии. Трудовая инспекция постановила отменить приказ директора, объявила ему самому выговор и установила денежный штраф. Он в ответ обратился в суд. И наш «самый справедливый суд в мире» стал на сторону директора.

Тут дело не только в премии или выговоре, но и в вопросе о положении и правах рабочего депутата, о рычагах, которые у него есть для защиты своих избирателей и своей собственной. Выходит, национализировать отечественную промышленность надо не только исходя из экономической целесообразности, но и для того, чтобы вся система власти и социального управления работала нормальным образом. Частная собственность оказалась не панацеей от всех бед, которые есть в стране, как это обещали либералы, а источником всех бед России. Значит, без национализации невозможно ни возродить промышленность, ни поднять страну. Только надежды, что такой шаг сделает нынешняя власть, даже в тех условиях, в которых она сейчас находится, очень мало. Даже в критической ситуации она думает не о народе, а о капиталистах и их доходах.

Главная производительная сила

Радовало, что ни один из выступавших ни на йоту не сомневался в существовании рабочего класса в современной России. Видно, рабочим от станка в отличие от иных интеллигентов такая мысль даже не приходит в голову. И.М. Маст убедительно это продемонстрировал:

— Сколько бы мы ни говорили, что у нас закрываются производства, судя по Ленинграду, действующих предприятий много. Город остаётся мощным промышленным центром. Худо-бедно работает Кировский завод, разбитый на мелкие-мелкие предприятия, работает «Электросила», которая теперь входит в объединение «Силовые установки», работает Ижорский завод, имея заказы. Такие крупные заводы можно и дальше перечислять.

Правда, вытесняют со своей территории, выгоднейшего места на берегу Невы, Балтийский завод. Для Ленинграда, для всей страны это был флагман судостроения, именно здесь был изготовлен первый атомный крейсер. Но и Балтийский завод, пусть трудно, но выживает. По сравнению с другими регионами страны в индустриальном отношении Ленинград выглядит предпочтительно. А значит, рабочий класс в городе сохраняется. И даже средняя заработная плата у него вполне нормальная.

Но этот рабочий класс я бы разбил на несколько категорий для того, чтобы знать, с кем и как мы должны работать.

Во-первых, разбил бы по возрасту. Начну с людей моего возраста. Они работали при Советской власти и чувствовали себя на заводе хозяевами. А такое действительно было. Скажем, партком, который руководил политической жизнью на предприятии, состоял наполовину из рабочих от станка. Я многие годы был членом парткома и сидел напротив нашего директора. Рабочие этого поколения сегодня нас поддерживают, даже не являясь членами партии. Это достаточно хороший костяк, на который можно надёжно опереться.

Во второй возрастной группе — люди, которым сейчас в среднем от сорока до пятидесяти. Они успели при Советской власти получить хорошую квалификацию. Это — другой тип рабочих. Они знают себе цену, работа их вполне устраивает. С этим контингентом говорить о социалистической идее бессмысленно, они не против положения, которое сейчас в стране, ибо получают хорошие деньги. Если они чем-то недовольны, то уйдут на другой завод: квалифицированные кадры нужны везде. Нас слушать они не хотят.

В третью группу надо выделить рабочих, которые приходят на завод в последние 5—7 лет. Из-за того, что развалили систему профтехобразования, эти люди приходят без квалификации. Объём работы, который они выполняют, не меньший, но работа неквалифицированная, и зарплата у них заметно ниже. С ними работать просто необходимо. На мой взгляд, это наиболее перспективная часть рабочего класса. Но её классовое сознание надо сформировать сейчас, чтобы к тому времени, когда это поколение станет квалифицированными рабочими, оно имело чёткие убеждения. И тогда их высокая квалификация будет средством защиты и их, и всего трудового коллектива, да и всего рабочего класса, так как она позволит уверенно отстаивать им свои убеждения и классовые интересы.

Нам сегодня во всех отношениях нужна организованная подготовка кадров, для чего необходимо добиваться восстановления профессионально-технического образования. У Ленинграда есть нужный опыт. При Григории Васильевиче Романове город был кузницей квалифицированных рабочих кадров. Те ПТУ, на открытии которых он настоял, работали замечательно. Сейчас от них остались единицы. Я это знаю не понаслышке, так как после травмы пять лет преподавал в ПТУ. В оставшихся профтехучилищах учатся ребята, родители которых материально не в состоянии отправить их в высшее учебное заведение. С этой молодёжью тоже можно и нужно работать. Кстати, некоторые мастера производственного обучения нашу идеологию, то есть идеологию рабочего класса, стараются исподволь проводить в общении с молодёжью.

О профсоюзах. Я вхожу в состав профсоюзного актива, являюсь председателем профбюро. Но должен признать, что даже на предприятиях, которые более-менее работают, положительная роль профсоюзов сводится к тому, чтобы подписать коллективный договор, хоть как-то защищающий интересы наёмных работников. Заключили такой договор — и на три-четыре года профсоюзная работа затихает.

Дискуссия о профсоюзах

Едва вспомнили о профсоюзах, как в разговор вступил А.В. Сперанский:

— Сейчас старые профсоюзы, как правило, прислуживают администрации и владельцам. Они даже не замечают, что разница в зарплате директора и простого рабочего составляет до 80 раз. Поэтому появились новые профсоюзы. Они такие вопросы поднимают. Нынче тяжёлая ситуация на автозаводе в Тольятти: менеджеры проедают то, что было на этом автогиганте. Старый профсоюз молчит, а новый профсоюз «Единство» стремится защитить человека труда. Но это вызывает недовольство хозяев.

На заводе «Вагонметромаш» был создан новый, альтернативный профсоюз «Защита». Он тут же подвергся преследованию. Уволили не только председателя, но и почти всех членов. Примечательна причина конфликта. Вагоны метро стали часто выходить из строя. Новый профсоюз выяснил, что рабочих заставляли под угрозой увольнения ставить бракованные части, и заявил свой протест. И вот результат. Это типичная ситуация.

Сегодня передовой труженик, как и прежде при Советской власти, обычно коллективист. Он работает не ради прибыли владельца предприятия, а стремится сплотить рабочий коллектив. Поэтому надо таких людей, а они настоящие герои, поднимать на щит, пропагандировать.

И.М. Маст подошёл к проблеме шире:

— У нас немного способов в сегодняшней ситуации, чтобы защитить работника, стремящегося выступить в защиту коллектива. Администрация всегда может создать ему невыносимые условия. Улучшение колдоговора тоже даёт незначительные результаты. Значит, надо убеждать рабочих в том, что без смены общественно-политического строя — строя, а не курса у нас ничего принципиально не изменится. Усиление гражданского сознания — обязательное условие коренных изменений. Для этого надо преодолеть страх не только отдельных людей, но и всего рабочего класса. Если есть осознанное политическое поведение и нет страха, то и в выборах примут участие абсолютное большинство рабочих вместе с пролетариями умственного труда. Тогда и фальсифицировать итоги голосования будет трудно, а может быть, и невозможно.

Н.Я. Колосков:

— Когда дело касается понятных, ежедневных интересов людей, они готовы их защищать. Так было у нас с мусоросжигательным заводом. Мне в управе говорили: «Ну где-то же надо строить такой завод». Я предложил: «Если он такой экологически безопасный, как вы говорите, постройте в районе Рублёвки» — и выложил 600 подписей избирателей против строительства в нашем районе. Помогло. Значит, к людям надо идти, объяснять им, чего мы хотим, чего добиваемся.

В разговор вступил А.В. Парфёнов:

— Люди могут защищать свои права. Вот один из примеров. У нас есть общежитие, которое вместе с предприятием перешло в руки капиталиста. Сначала на этого собственника, намеревавшегося выселить из общежития тех, кто в нём жил, стали жаловаться в разные инстанции. Потом начали добиваться, чтобы позволили приватизировать комнаты в общежитии. Администрация была категорически против. Жильцы сумели сорганизоваться, нашли адвокатов. Прошли несколько судов, дошли до областного. Он принял решение, разрешающее приватизацию. Когда дело касается таких вопросов, как жильё, наши люди могут отстоять свои интересы.

Возвращение к ключевой теме

К вопросу о том, чего ждут друг от друга рабочий класс и Компартия, вернулся И.М. Маст:

— Что мы можем сделать для рабочего класса? Прежде всего надо всячески добиваться, чтобы рабочие начали массово читать «Правду», пока это делают лишь единицы. Значит, надо готовить листовки и распространять их. В них нужны в первую очередь материалы, показывающие, что КПРФ стоит на защите интересов рабочего класса. В Госдуме она должна постоянно выступать с соответствующими законопроектами. И их надо пропагандировать, независимо от того, приняты они или отклонены. Надо постоянно и систематически делать шаги, направленные на защиту наёмных, эксплуатируемых работников, и добиваться, чтобы трудящиеся о них знали, их видели. И чтобы знали, кто против инициатив коммунистов, какие политические силы стоят на страже интересов капитала. Тем более надо напоминать о том, чего КПРФ сумела добиться.

А подвёл черту А.В. Парфёнов:

— Нам надо сосредоточиться на работе, которая обеспечит поддержку со стороны молодёжи. Большинство людей предпенсионного возраста очень озабочены тем, как не потерять работу перед уходом на пенсию. Чтобы молодёжь поддержала нас, надо учитывать её интересы. Они связаны с повышением квалификации. Раньше об этом заботилась Советская власть. Нынешней власти нет дела до профессионального роста рабочего.

У нас есть организация, специально предназначенная для работы с молодёжью, — комсомол. Но он работает в основном со студенчеством, от молодых рабочих далёк. Значит, мы, коммунисты, должны помочь ему переориентироваться: не отвлекая от работы со студенчеством, показать необходимость идти к молодой смене рабочего класса. Коммунистическую убеждённость старшего поколения партии целесообразно направить на работу с молодёжью. Может быть, опытным товарищам стоит взять шефство над комсомольскими организациями, чтобы помочь им прийти к рабочей молодёжи.

Коммунистам следует также подключаться к уже начавшимся без их участия протестам для того, чтобы такие акции подправить, придать им политическую окраску, социалистическую направленность.


Версия для печати

Назад к событиям